Такая последовательность действий казалась разумной и правильной. Эстас ведь хотел, чтобы Тэйка училась в столичном пансионе. Есть ли для него разница, какая столица это будет? Поймет ли он, что в Итсене магию девочки в самом деле смогут лишь погубить?
— Спасибо, госпожа Сэргелен, — задумчиво кивнула я. — Отдельно благодарю за предложение учить Тэйку. У вас созвучные дары, и с вами она уже знакома. Ей так будет проще. Я поговорю с мужем.
— Время есть, — успокоила мэдлэгч. — Это не то решение, которое не подождет месяц или два. Но не советую затягивать. Тэйка пока плохо говорит по-каганатски. В Тангайхоте это может создать сложности. Там строгие учителя, а учить придется много и прилежно.
— Там ведь не только магии обучают?
— Не только, — усмехнулась она. — Это очень хорошая школа для знати и мэдлэгч. Там учат всему.
Для меня это был важный довод, как и заверения собеседницы в том, что за Тэйкой и там будут приглядывать родственники госпожи Сэргелен. Мэдлэгч рассказывала, как мне направлять дар девочки, чтобы не навредить, и заговорила об оборотничестве.
— Вам с мужем нужно поговорить с Тэйкой о ее даре со дня на день, — подчеркнула каганатка. — Чтобы не случилось так, что первое же сотворенное ею волшебство — случайное превращение. Она уже на пороге. Гуцинь, общение с нашей семьей и исчезновение северного дара, который ее сдерживал, благотворно влияют на магию девочки.
Отличные новости для мага с опустошенным резервом.
— Так все же превращения в кого ждать? В орла или в рысь?
Мэдлэгч задумалась, снова уплотнила пальцем табак в трубке.
— Мне кажется, все же в рысь. Это животное — олицетворение лорда Эстаса, хоть он и не родной отец, и этого места. Символ тех, кто живет в Рысьей лапе, значит, и Тэйки тоже. Думаю, это будет посильней магии крови.
— Очень надеюсь, что с обратным превращением не возникнет сложностей, — вздохнула я, представив себе перепуганного рысенка, мечущегося по комнате Тэйки.
— Не возникнет, не волнуйтесь. Как только вы поговорите с девочкой, я покажу ей, как перекидываться. Если знать как, это становится так же естественно, как дыхание. Она поймет с одного раза, — заверила госпожа Сэргелен и спрятала в нагрудный карман так и не раскуренную трубку.
— Вы не курите? — улыбнулась я.
— Только в ритуалах. Если хотите, проведу для вас с Тэйкой один сегодня, — она смотрела на меня искоса, испытующе.
— А в чем его суть?
— В познании. Девочка винит себя в случившемся и не верит, что вы не вините ее. Вы едва не погибли и даже спустя несколько дней еще не пришли в себя. Ритуал поможет ей понять вас, а вы лучше поймете ее.
— Это звучит замечательно, но, кажется, есть подвох, — нахмурилась я.
— Подвох как раз в том, что любая неискренность будет совершенно очевидна, — пожала плечами мэдлэгч. — Так что я не советую проводить ритуал, если вы утешали ее, всего лишь желая успокоить.
— Я в самом деле ее не виню, — честно заверила я.
— Хорошо, — улыбнулась она. — Тогда приготовьтесь слушать сегодня вечером гуцинь.
Эстаса, которому я передала слова мэдлэгч, мысль отправить девочку учиться в Каганат не вдохновила.
— На востоке я никого не знаю, — хмурился сидящий на моей постели муж. — Не к кому обратиться за помощью, а в столице есть знакомые. Они смогут поговорить с учителями в пансионе, если те будут относиться к Тэйке предвзято.
— Почему ты думаешь, что к ней будет такое отношение? — я хотела услышать его объяснение, хотя отлично понимала, что дело в основном во внешности Тэйки, а не в фамилии. Потому что о роли Эстаса Фонсо в давней хомленской истории в столице не говорили, имя не было на слуху.
— Она разительно отличается от итсенских девочек. Она другая, — вздохнул муж. — Здесь ее защищает то, что она дочь хевдинга. Там она будет каганаткой.
— Поэтому я считаю, что предложение госпожи Сэргелен нужно тщательно обдумать и взвесить. Я понимаю, что все происходит раньше, чем предполагалось, но ведь ты всегда хотел, чтобы она училась в столице. Вы бы не виделись по много месяцев. Возможно, она приезжала бы сюда только на летние каникулы, как Нинон. Тангайхот лишь немногим дальше. Но там ее дар точно не загубят, и внешне она не будет выделяться.
— Все так, но я пока не знаю, стоит ли итсенскому офицеру отправлять дочь в чужую страну.
Мрачный Эстас привел довод, о котором я даже не подумала, воодушевившись перспективами для магии Тэйки. Хорошо, что время на принятие взвешенного решения в этот раз было.
Дети под присмотром Джози прошли чуть вперед, Тэйка рассказывала Ердену о городе, показывала красивые дома. Эстас радовался тому, что дочь подружилась с мальчиком, и понимал, что теперь частенько будет слышать вопрос: «А письма от Ердена нет?». О приглашении в Каганат речь уже заходила, но Эстас сразу объяснил, что для него, офицера пограничной крепости, подобное недопустимо при всем желании.
