Топая по расчищенной каменной дорожке, освещенной кованными фонарями, я чувствовала себя крайне неловко из-за спутника, шагавшего немного впереди. Холодный ветер развевал его густые волнистые волосы и полы дорогого плаща с меховым воротником, подчеркивающего мужественную фигуру, доносил до меня его запах и уже едва различимый в морозном воздухе пар его дыхания. Фрид сопровождал меня в мужской корпус общежития, даже не удосужившись выслушать моё мнение по этому поводу.
Золотистый свет, заключенный в стеклянных шарах фонарей, рисовал на белом снегу черными тенями романтическую картину, на которой хрупкая фигурка девушки следовала за высоким мужчиной. Возможно, я бы могла насладиться этой небольшой ночной прогулкой, серебряной луной и колючими звездами, если бы передо мной шёл совершенно другой некромант.
Воображение услужливо подправило не устраивающие меня детали, и я уже улыбаюсь, представляя, как его легкие серебряные пряди развевает ночной ветер, а на розовых губах застывает одинокая снежинка, которую я убираю невесомым поцелуем, ловя своё смущенное отражение в бездонных голубых глазах. Сердце невольно застучало быстрее, а щёки опалило жаром. Когда я уже смогу прильнуть к Дару, согревшись в его объятьях?
— Курома, ты меня игнорируешь, или серные пробки в ушах? — раздался недовольный голос, разбивая мою идеальную картинку на мелкие осколки.
— Слышу-слышу, — тоже недовольно отозвалась я, заметив, что Фрид немного обернулся и буравит меня тяжелым взглядом из-под нахмуренных густых бровей. — Только не понимаю, что вы от меня-то хотите.
— Неужели? — его брови слегка приподнялись в ответ на мою импровизацию, ведь не хотелось признаваться, что я прослушала всё сказанное куратором. — Раз мой вопрос поставил тебя в тупик, упрощу задачу. Скажи, что ты обо мне думаешь?
— В каком смысле? — застыла я на месте, а в голове мгновенно промелькнула мысль, что против внезапного удара пониже пояса даже Фрид может не успеть прикрыться.
— В прямом, — фыркнул мужчина, порывисто откинув упавшие на лоб волосы. — Какой я педагог по твоему мнению? Может, Цуками действительно прав, Тьма сожри его печень.
— А-а-а, — очень содержательно протянула я, мысленно вздохнув с облегчением. — Просто такой вопрос несколько странно слышать от вас.
— Так что, я дождусь ответа? Или сегодня ты не страдаешь словесной диареей?
— Сейчас, дайте подумать, — отозвалась я, пропустив вторую фразу мимо ушей.
Я нахмурилась и закусила губу, собирая в кучку все свои мысли о кураторе с пометками «объективное мнение». Что-то не густо, а если отсеять ещё и только положительные, так можно сосчитать по руке мага, работающего с особо кровожадными и вечно голодными тварями. Думаю, такую правду без предварительного грима лучше не демонстрировать даже самому понимающему собеседнику, если только ты не сильнее его. Тщательно обдумав сложившуюся ситуацию, я медленно заговорила, словно палкой прощупывая тропинку в бездонных топях:
— Для начала я бы хотела сказать, что учитель Цуками и прав, и не прав насчёт вашего метода обучения.
— Да? — Фрид скептически хмыкнул и мимолетно скривил губы, но тут же жесткие складки на его лице разгладились.
Мужчина посмотрел на меня очень задумчивым взглядом, и я невольно вспомнила швею, которую тетя когда-то пригласила для меня. Тогда женщина так же разглядывала меня, прикидывая, как бы скрыть будущим платьем плоскую грудь, длинную шею и ручки-веточки. К слову, наряд получился красивый, но мастерицу отругали за то, что фасон детский, и нет никакой соблазнительности в получившемся силуэте. Мне тогда было десять лет.
— Да. Учитель прав, что вы несколько перегибаете палку, иногда, — сказала я, отводя взгляд. — Но он, возможно, и не понимает, что с юными некромантами порой по-другому нельзя. Маги Света менее импульсивны и больше держат себя в рамках, касается это этикета, общения или личной жизни. Если же на студентов нашей Академии не рычать, они разнесут тут всё по камушкам.
Фрид очень красноречиво посмотрел на меня, словно намекая на самую большую угрозу для Академии. Да ладно, когда я выпущусь, всё будет стоять в целостности там, где и положено. Ну… или большая часть. Вы слишком переоцениваете меня. Но что-то я ушла от главной темы. Откашлявшись в кулак, я продолжила:
— Вторая причина, почему некромантов нельзя учить как магов Света — будущая профессия. Нам предстоит каждый день сталкиваться со смертью, видеть её такой, какая она есть — неприглядные трупы, жестокие убийства, монстры, разорванные тела и неупокоенные злобные души. Всего и не счесть. А тут без железных нервов делать нечего. Некроманты лучше других знают, что всему наступает конец, и мы лучше других ценим жизнь, которая дается нам лишь единожды и зачастую забирается без согласия. Поэтому, даже мы, студенты, отрываемся на всю катушку, и нам как раз нужны драконьи рукавицы.
