Но ведь именно это я и сделала! И вот что странно — вопреки здравому смыслу в данной ситуации я была абсолютна спокойна. Даже если Филипп без моего согласия воздействовал на меня какими-то чарами, меня это не волновало. Точнее, приятно волновала его близость, присутствие рядом со мной и ночью, и сейчас… Мне казалось это естественным, правильным и, возможно, даже хотелось большего, продлить это ощущение…
Наверное, на меня так повлиял тот странный сон. Да, определенно так и есть! В нем меня преследовали те же чувства.
А вот с лордом Июньским стоит быть осторожнее и ни в коем случае не расслабляться. Все-таки нельзя забывать, кем он является, на кого работает и чьи приказы исполняет. Вдруг он и сейчас поддерживает связь с его величеством, собирает на меня компромат, докладывает ему обо всех моих промахах, держит в курсе происходящего? Чтобы потом, когда я вернусь ко двору уже в собственном облике, тот мог держать меня в ежовых рукавицах и контролировать каждый мой шаг, что по причине моего упрямства ему прежде удавалось не всегда…
Не успела я хорошенько обдумать эту мысль, как Филипп, решивший, видимо, все расставить по своим местам и прояснить ситуацию, в которой мы все оказались, заговорил:
— А теперь послушайте меня внимательно. Во-первых, все, что я делаю, необходимо для дела. Можете сомневаться в необходимости этих действий или моих истинных намерениях, но ни в коем случае не смейте препятствовать мне!
Звучал он грозно, как, собственно, и выглядел. Смотрел при этом только на Глеба. И из-за того, что изначально взял официальный тон, сложно было понять, обращается он только к нему или меня тоже касаются эти замечания.
На всякий случай я решила внимать и помалкивать, ибо мало ли…
Дождавшись покорного кивка Глеба, лорд Июньский продолжил:
— Во-вторых, что касается самого дела. Во все подробности плана вдаваться не буду. Вам следует знать только одно: прежде всего необходимо добраться до леди Инны и провести обратный ритуал обмена телами. Надеюсь, зелье при вас?
— Да, вот оно, — Глеб достал синий флакончик из внутреннего кармана куртки и собирался сначала поставить его перед всеми на стол, но тут же спрятал обратно, видимо опасаясь расстаться с единственной важной вещью, оставляющий ему хоть какой-то контроль над ситуацией.
Жаль, мне было бы спокойнее, будь он у меня. Думаю, лорд Филин, как очевидный лидер нашей группы, также не отказался бы присвоить себе все козыри. Но к моему удивлению, тот просто кивнул и не стал требовать отдать зелье.
— Задерживаться в этом городе мы больше не можем. Как и ждать окончания праздника. Нужно торопиться. Той энергии, что я передал принцессе Софии должно хватить на первое время. Но она не задержится надолго. Тело чужое, несовместимое с душой и магией, похоже на сито — жизненная энергия стремительно вытекает из него. Проснувшаяся магия, неспособная правильным образом циркулировать по каналам организма, отравляет его и ускоряет процесс потери жизненных сил… Сами видели, к какому результату это приводит.
О да… Лучше бы не видели…
Что ж, некоторые моменты теперь прояснились, но меня по-прежнему продолжал мучить один вопрос.
— Простите, лорд Филин, — обратилась я так же официально. — Позволено ли мне узнать подробности этой… передачи энергии?
Глеб тихо хмыкнул, по-видимому, знакомый с этим процессом. Но насколько хорошо он с ним знаком, по его реакции понять было сложно.
А лорд Июньский объяснил:
— Я разделил с вами сон, леди София. Буквально. Эта практика довольно распространена среди моего рода и очень удобна, для поддержки тех из нас, кто от истощения не может обернуться обратно из животного облика в человеческий.
Так значит, именно его присутствие я ощущала во сне? Тогда все еще более странно… Почему я приняла его за некоего несуществующего мужа? И почему мне было так приятно с ним?
Несмотря ни на что, мне такое объяснение показалось вполне логичным. В отличие от Глеба.
— Насколько мне известно, — заметил он, — это касается прежде всего магической энергии, а не жизненной. Вы забрали у Софи излишки ее магии. Осенней магии. Которая должна была вам навредить, так как вы — летний лорд. И этот факт вызывает некоторые подозрения.
— Интересно, какие? — усмехнулся Филипп. — Небось считаете меня самозванцем из Осеннего Двора?
— Нет, что вы. В вашей личности я уверен. А вот в ваших корнях… — с намеком протянул Глеб.
— Держите свои умозаключения при себе! За свои корни вы также вряд ли сможете поручиться…
И оба вроде бы ничего такого не сказали, но заставили меня задуматься вот о чем. Правящая верхушка Дворов живет, как правило, обособленно друг от друга и нечасто сочетается браками между собой. Виновата в этом прежде всего конфликтная магия и непредсказуемый результат — какой магией будут обладать дети?
