Очнулась от тоски и горечи утраты, что разрывали сердце на части. Это было во много раз больнее, чем все еще стягивающие кожу лианы. И все же я упорно цеплялась за эту боль, за пережитые во сне страдания в надежде вытянуть подробности из глубины памяти. Именно поэтому не сразу заметила, что Ясеня больше не было рядом. Вообще никого не было рядом.
Сложно точно сказать, как долго я тут просидела — окно сарая было настолько грязным, что едва заметные лучи света могли принадлежать в равной степени как солнцу, так и зажженным на ночной улице фонарям.
Слабо верилось, что Ясень оставил бы меня одну так просто. Но это мой шанс на спасение, и его нельзя упускать!
Лозы держали крепко, но я все равно попыталась вырваться из их хватки. Однако, чем сильнее тянула, тем плотнее они сжимались вокруг меня, становилась толще и плотнее.
Ясно, они живые. Точнее, зачарованные весенней магией. Вот и подвох — Ясень оставил охрану ценной добычи на собственную магию, зная, что мне нечего ей противопоставить.
Оставалось только одно — кричать.
После десятка бесплодных попыток дозваться хоть кого-нибудь, я начала сомневаться, что место, в котором меня заперли, расположено в городе. Казалось, на много миль вокруг не найдется ни единой живой души.
Весенняя магия одурманивала и ослабляла. Я чувствовала, как сила постепенно, капля за каплей покидала мое тело, будто сдаваясь под натиском враждебной энергии. Наверное, Ясень решил держать меня здесь до тех пор, пока внутри меня снова не останется и крупицы магии. А что потом? Каковы его планы на меня?
Отдать на растерзание Леонарду? Сделать из меня послушную куклу? Бессильную, безвольную, просто как символ того, что в королевстве все хорошо, и Осень с последней ее наследницей не исчезла навсегда? А может, он хочет заполучить территорию Осеннего Двора? Пусть затопленную и безжизненную, но люди, как известно, ко всему приспосабливаются…
Тревожные мысли вдруг прервал странный звук, донесшийся со стороны входа. В маленьком окошке промелькнула чья-то тень, а минуту спустя послышались шаги.
Я забеспокоилась. Вдруг это Ясень вернулся? Компанию этого садиста я уже не вынесу. Эти бесконечные издевки, лицемерие, надменность… и его магию. Все это пытка, не иначе!..
Но тут дверь распахнулась, и в темное помещение вошли двое. С трудом удалось разглядеть два нечетких мужских силуэта, и неосознанно я вся сжалась от испуга — кого еще привел Ясень? Кто еще собрался наблюдать за моим унижением?
— Вот она! — с облегчением воскликнул один из них, и я узнала этот голос — Глеб. Кажется, никогда прежде я не радовалась ему так сильно, как сейчас.
