Это было похоже на то, как высший свет превратил Каллума Дженкса в уважаемого человека, после того как он спас лорда Уэксли. И — о да! — теперь люди вдруг вспомнили, что мисс Бентон тоже участвовала в этом деле. А, кроме того, она ведь действительно была правнучкой джентльмена, разве не так? И это значит, что в ее жилах течет кровь с голубоватым оттенком.
Помимо того, она устраивала чудесные чаепития в ресторане под названием «Энтони», в том самом месте, где у Кассандры и Джорджа состоялся свадебный завтрак. Сила идеально приготовленного киша или пирога на скорую руку была велика. Перед соблазном идеально заваренного чая и маленьких сдобных кексов невозможно было устоять.
— Ты станешь замечательной хозяйкой светского салона, — сказал Джордж после первого вечера, устроенного для узкого круга. — Ты великолепно держишься, люди тебя любят.
— Вы смущаете меня милорд: любят скорее вас.
— Это потому, что во мне всего понемногу, как раз достаточно для того, чтобы люди чувствовали себя комфортно и не испытывали неловкости.
Кассандра засмеялась:
— Глупости! Люди любят тебя, потому что получают удовольствие от твоего присутствия: у тебя доброе сердце.
— Это когда я рядом с тобой.
— Медовые уста! — съязвила Кассандра. — Ладно, я могу играть роль маркизы.
— Не играй — будь собой, — Джордж поцеловал ей руку. — Сделай титул своим естеством, другого пути нет.
Что касалось его, то лорд Нортбрук вел себя как джентльмен в силу привычки. И хотя ему не доставляло удовольствия просиживание за игорным столом, он много времени проводил в компаниях вне дома, одетый по последней моде и в самое лучшее. Год назад ему пришлось оставить компанию прожигателей жизни из-за достойной причины — ухудшения здоровья матери, но теперь его скорее можно было бы встретить в ресторане «Энтони», чем в Ардмор-хаусе. В этом, пожалуй, не было ничего удивительного, так как он переехал в свой дом вскоре после ликвидации тонтины. Что было излишним, потому что теперь в Ардмор-хаусе появилось много свободного места, так как герцог продал все собрание своих картин, хотя слухи утверждали, что он уже начал собирать новую коллекцию.
Кассандра отложила в сторону три последних заявления. С угла стола ей улыбнулась бабушка. Миниатюра была свадебным подарком ей от Чарлза.
— Я не спустил все твои деньги и заказал себе копию портрета. А это оригинал, — объяснил братец.
— Значит, ты на мои деньги купил мне подарок.
— Я воспользовался твоим подарком мне, чтобы сделать подарок тебе, — уточнил Чарлз.
— Так правдоподобно! — покачала она головой. — Я бы не смогла забрать у тебя миниатюру.
— Знаю. Но я не мог бы попросить тебя уйти без нее. Она так любила тебя, Касси, — он покраснел до ушей. — Я тоже люблю тебя, ты же знаешь.
— Конечно, знаю, олух. И я тебя люблю.
Да, у них с Чарлзом теперь были вполне приличные отношения, потому что они перестали полагаться друг на друга. По крайней мере, раз в неделю Чарлз и Джейн приходили на ужин в небольшой дом, который Кассандра и Джордж сняли для себя на Пикадилли. Брат с женой по-прежнему держали Кассандру в курсе наиболее интересных дел на Боу-стрит, и иногда она предлагала какие-то свои идеи. А еще их заинтересовала лаборатория Джорджа, поэтому он всякий раз демонстрировал им последние пробы своей гелио… как-то там. Эта реакция получала новое название каждую неделю.
Отодвинув стул, Кассандра решила сходить посмотреть результат самого последнего эксперимента Джорджа. Его комната располагалась рядом с ее кабинетом на втором этаже их маленького дома, так что требовалось лишь выйти из-за стола и постучать в его дверь.
— Минуту, — донесся его голос. — Я уберу пластину, прежде чем ты войдешь.
Ага! Значит, он работает в янтарном свете. Когда Джордж позвал ее, она вошла в комнату и опять была очарована его видом. Она так любила смотреть, как он работает, сосредоточенный и взъерошенный!
— С какой пластиной ты работаешь? Со стеклянной?
Повернувшись к ней, он улыбнулся. На щеке у него красовалось пятно битума.
— Да. Мне кажется, я получил устойчивое изображение. Оно не вполне четкое, но, если подержать его в камере дольше, возможно, все удастся.
— И мы сможем увидеть…
Джордж засмеялся:
— Ничего волнующего — линия крыш при виде из этого окна.
— Картинка из жизни, — восхитилась Кассандра. — Это, должно быть, очень волнующе.
— Если сработает, — проявил осмотрительность Джордж. — Мне это могло показаться. Отпечаток пока очень бледный. Может, я просто таким способом нанес битум.
— Пусть так, все равно чудесно. Когда-нибудь ты добьешься результата.
Он кивнул:
— Даже если не добьюсь, мне нравится сам процесс новых и новых попыток.
— Из этого состоит жизнь, — улыбнулась Кассандра. — Из процесса новых и новых попыток.
— Становишься со мной философом? — муж хищно посмотрел на нее. — Ты ведь знаешь, что меня возбуждает, дорогая Касс. Не хочешь закрыть дверь?
И лорд Нортбрук предпринял несколько попыток довести свою леди до экстаза, и все они увенчались успехом.
Внимание!
