Лана выглядела такой же растерянной, какой я ощущала себя.
Последним, что я помнила, было свечение вокруг Сетера. Дрожь от осознания, что его магию я уже чувствовала. У меня не было никаких сомнений в том, что той ночью, когда погибла Пифаль, он был в замке. И то… что я сделала.
Тряхнув головой, отогнала это видение, выхватила из руки Ланы флакон с драгоценной жидкостью и залпом выпила. Закашлялась от сладости, из глаз брызнули слезы.
– Где герцог? И его гость?
– Говорят, что все они в темнице сейчас, – шепотом отозвалась Лана, бросив взгляд на дверь. – Лекарь тоже туда поспешил. Что-то случилось.
Что могло случиться? Роналда ранили?
Я откинула одеяло, которым меня заботливо укрыли, и попыталась спрыгнуть с кровати, но Лана меня остановила.
– Лекарь приказал вам лежать, миледи. Он сказал, что не знает, по какой причине вы потеряли сознание. Вам лучше отдыхать.
– Но…
– Ваша светлость, пожалуйста, – Лана обратилась ко мне умоляющим голосом. – Вы обо всем узнаете завтра утром. Пожалуйста, послушайтесь лекаря. Я так за вас испугалась.
Под умоляющим взглядом камеристки я вернулась в кровать, только для вида накинула на ноги одеяло и опустилась на подушку.
– Вы чего-то хотите? Может, приказать подать еды? Или набрать вам ванну? Давайте снимем с вас это платье? Я подготовила ночную сорочку.
Лана металась, пытаясь хоть куда-то себя деть. А я видела, что в ее глазах блестят слезы.
– Нет, ничего не нужно, – я опять села, – все со мной хорошо. Успокойся.
Девушка замерла, посмотрела на меня и медленно рвано выдохнула.
– Я останусь с вами на эту ночь, можно? – Лана бросила взгляд на тахту у окна. – Я не помешаю. Но если вам что-то будет нужно, буду рядом.
– Лана, пойди отдохни хорошенько, – я говорила мягким успокаивающим голосом. – Если опасность миновала, всем надо отдохнуть.
– Но, ваша светлость…
–
Собственный голос показался мне чужим. По коже побежали мурашки.
Лана дернулась, ее взгляд на мгновение стал стеклянным. А потом девушка кивнула и, не проронив больше ни слова, направилась к двери. Я с ужасом наблюдала за тем, как за ней закрывается дверь. И не понимала, что
Мой голос… был будто бы не моим. Звучал иначе. И подчинял себе волю людей?.. Да так же не бывает!
Я дернулась, глядя в сторону зеркала.
Сейчас свет падал так, что казалось, будто вместо отражающей поверхности в середине трельяжа темнеет бездонный омут. Черный. Затягивающий. Опасный.
И вспомнила разговоры с Адель. Вспомнила, что она говорила. И
Ей не нужны были заклинания. Не нужны были ритуалы. Магия выполняла все желания по мановению мысли. По взмаху руки. По изгибу брови. По… слову.
– Нет! – я рывком вскочила, запутавшись в одеяле, чуть не рухнула на пол. Устояла, взлохматила пальцами спутавшиеся волосы.
Видимо, Лана разобрала прическу, пока я была без сознания.
Я подскочила к зеркалу, глядя на собственное отражение. Мое. Да! Теперь уже по-настоящему мое. Из отражения смотрела я – Алина Невская. Не Адель Флемур. Не Адель Этьен. Это можно было понять по взгляду, по мимике, по жестам.
А значит, и сделала все я.
И это, похоже, было еще одним сигналом. Наши души сливаются. Силы становятся общими.
Черт!
Мне стало не хватать воздуха. На негнущихся ногах я добралась до окна, распахнула его и высунулась по пояс, стараясь угомонить бьющееся о ребра сердце. Воздух проникал в легкие прохладой, насыщал кислородом. Но мне этого было мало. Голова кружилась, стены, казалось, давили, хотелось еще больше воздуха. Больше…
Я дотянулась до шнурков корсета и рванула их. Хватка ткани чуть ослабла, но это не помогало. Я продолжала задыхаться. Мне нужно было выбраться из этого каменного мешка. Стены давили, давило и осознание. Становилось плохо.
Как выбралась в коридор, не помнила. Стражники, кажется, пытались меня остановить, я что-то сказала… Опять! Опять сказала. И они застыли. Отвернулись. Упустили меня.
Истерика подбила волной.
Со мной происходило что-то ужасное. Я не контролировала силу. Не могла понять, когда просто говорю, а когда с моих губ срываются магические приказы.
Хотелось зажать ладонью рот, не произносить больше ни слова. А еще дышать… Дышать!
Прохладный воздух вновь коснулся лица, когда я оказалась на улице. Парк подсвечивался только далекими звездами и тонким серпом луны. Я не очень понимала, куда иду. Сделала несколько шагов вперед и… просто опустилась на траву.
Вокруг жила ночь.
Пели сверчки, звенела шумом листва, ухал филин.
Я цеплялась за эти звуки, стараясь успокоиться. Вдох за выдохом. Вдох за выдохом…
Мелькнула даже мысль найти Лиха. Но я быстро от нее отказалась. Мне было плохо не телесно, а душевно. Мысленно.
Обхватив руками плечи, я запрокинула голову, стараясь сосредоточиться на звездах. Одна, вторая. Они складывались в причудливый драгоценный узор. В нем можно было найти фигуры, символы, знаки… Я же искала только успокоения.
Шорох в кустах раздался совсем рядом. Я уже дышала ровно. Сердцебиение успокаивалось. Я начинала замерзать. Осень приближалась, несла с собой холодные циклоны.
