Леди теней полностью

– Как вы, я уверена, знаете, авонлейцы отдали фейри свою магию в обмен на то, что те станут для них источником силы, – начала Хейзел.

– Да, Сорин говорил мне об этом. Он также сказал, что дети ночи произошли от авонлейцев, – подхватила Скарлетт.

– Так и есть. Хоть дети ночи и не владеют магией, во всем остальном они сильны, как авонлейцы и фейри, и становятся еще сильнее, когда пьют кровь любого из них, поэтому во время войны многие встали на сторону Деймаса и Эсмерей. Но до начала Великой войны авонлейцы беспокоились о своих сородичах-фейри на этом континенте, поскольку дети ночи делались все более беспокойными, вот они и предоставили им стражей.

Скарлетт вопросительно склонила голову набок.

– Ведьм и оборотней создали после того, как пленили могущественную Чародейку и в качестве наказания за ее преступления лишили магии, которая была подарена ведьмам и оборотням. Ведьм связали с королевой Элине́, а оборотней – с королевой Хенной. А чтобы сохранить свое господство, авонлейцы наградили такими же дарами и королев фейри.

Сорин поднял глаза на Верховную ведьму.

– Ты хочешь сказать, что Скарлетт обладает способностями ведьм?

– Разве королева Талвин не умеет изменять форму и преобразовывать энергию и физическую материю?

– Моя мать была известной целительницей в смертных землях, – прошептала Скарлетт, изучая лежащий перед ней текст.

– Да, Элине́ была очень искусна в этом ремесле, – подтвердила Хейзел.

– Вы знали? – спросила она, подняв глаза на Верховную ведьму.

– Мы поддерживали связь. Когда она ушла отсюда с вами, двое других отправились с ней.

Скарлетт слегка склонила голову набок.

– И одна вернулась?

– Да. Она его кузина.

Скарлетт и Верховная ведьма обменялись взглядом, который Сорин не сумел разгадать – как и понять, о ком идет речь.

– Чего я никак не могу уразуметь, – протянула Скарлетт спустя мгновение, – так это того, зачем авонлейцы вообще отдали другим свою силу? И как они это сделали?

– Прекрасный вопрос, Ваше Величество, – улыбнулась Хейзел. – Вам не мешало бы в нем разобраться.

– Вы не знаете или не хотите мне сказать? – Когда ее слова обошли молчанием, Скарлетт спросила о другом: – А вам известно, почему Деймас и Эсмерей так отчаянно стремились за море?

– Чего обычно ищут и что становится причиной подобной войны? Что может изменить привычный миропорядок? – поинтересовалась Хейзел. – Власть, конечно.

– Но ведь к тому моменту большая часть их силы была рассеяна, – возразила Скарлетт.

– Большая часть, да, но не вся.

– Ваши ответы не полезнее тех, что дала мне Оракул, – пробормотала Скарлетт себе под нос. Это замечание не укрылось от тонкого слуха Сорина.

В алхимической комнате воцарилась тишина. Повернувшись к стене с ингредиентами, Верховная ведьма доставала все новые бутылочки и мешочки, а Сорин неотрывно смотрел на Скарлетт, которая с головой ушла в изучение книги.

«Ты в порядке?»

Почувствовав его взгляд, девушка подняла на него глаза и сдержанно улыбнулась.

«Да? Нет? Не знаю. – Она вздохнула. – Я пытаюсь разобраться в некоторых моментах».

Сорин придвинулся к ней и, притянув к себе, поцеловал в макушку. Она прижалась к нему, и он вдохнул ее запах.

«Спасибо», – прошелестела Скарлетт.

«За что?»

«За то, что настоял на том, чтобы отправиться со мной».

Сорин игриво щелкнул ее по носу и, глядя в ее прекрасные глаза, растворился в их постоянно меняющихся голубых и золотых глубинах.

«Ради тебя я пересеку все королевства, любовь моя».

Раздался звон флаконов. Он успел забыть, где они находятся и в чьем обществе. Смущенно улыбнувшись, отчего на ее щеках появился легкий румянец, Скарлетт сосредоточила внимание на Верховной ведьме. Та с любопытством изучала их.

– Мне всего несколько раз доводилось видеть настоящую связь близнецового пламени, – сказала она, когда они подошли к ней. – Кто освятил ваш брак?

– Целительница при моем Дворе, – ответил Сорин. – Беатрикс.

– А-а-а, – протянула Хейзел, расставляя флаконы. – Она одна из наших Мудрейших.

– Что это значит? – спросила Скарлетт, внимательно наблюдая за Верховной ведьмой.

– Это старейшие ведьмы. Они мудры и хранят нашу историю. Мы обращаемся к ним за советом и наставлением, когда в том возникает необходимость.

– Ведьмы верят, что у них есть близнецовое пламя? – спросила Скарлетт, подходя к рабочему столу.

– Некоторые верят, – ответила Хейзел, раскладывая дополнительные принадлежности.

– А вы? – не отставала Скарлетт.

– Какая разница? – огрызнулась она.

Скарлетт пожала плечами.

– Надеяться на то, что тебя ожидает нечто прекрасное, гораздо лучше, чем считать, что этого нет.

– Надежда – удел дураков, – припечатала Верховная ведьма.

– Надежда – удел мечтателей, – возразила Скарлетт, взяв со стола один из флаконов, чтобы внимательнее его изучить. – И вы как раз из таких.

– Почему вы так решили?