Сорин тут же подошел к Скарлетт и, встав рядом с ней, положил руку девушке на поясницу. Каллан испугался, что его стошнит от их совершенства.
– Завтра вечером на закате мы отправимся в путь, – объявила Скарлетт официальным тоном.
– Хорошо, – ответил Каллан и направился к двери.
Когда она окликнула его, он остановился, но не оглянулся, чтобы посмотреть на нее.
– Почти три года назад я, сидя на дереве, наблюдала за молодым принцем. Он стал мне другом и даже больше. Он мечтал сделать мир лучше для тех, кто находится под его опекой. Надежда – удел мечтателей, Каллан.
Скарлетт пересекла разделяющее их пространство и, осторожно взяв его за руку, вложила в нее маленький пузырек. Флакон выглядел так же, как те, в которых раньше хранился ее отвар. Каллану тут же захотелось, чтобы она продолжала его принимать. Чтобы ничего этого не случилось. Чтобы все оставалось по-прежнему. Он бы смирился с ее секретами и тенями, а не с этим. Все, что угодно, только не это.
– Я нужна тебе, Каллан, – мягко сказала она. – Когда почувствуешь потребность во мне, разбей этот флакон, и я появлюсь через мгновение. Я приду к тебе. К моему другу.
Каллан отдернул руку и направился к ожидающей у двери Элизе. Он прошел мимо нее в коридор, и они молча спустились по лестнице. Он крепко сжимал в кулаке пузырек, борясь с желанием расколотить его о ступени треклятого дворца.
После третьего пролета Элиза заговорила:
– Я пыталась вас подготовить.
– Могла бы сказать прямо, – презрительно выплюнул он, не глядя на женщину, ведущую его вниз по лестнице.
– Нет, не могла. Я поклялась своему принцу, что буду хранить молчание, но вы были с нами в тот день, когда я ему поставила метку. Я надеялась, что дала вам достаточно подсказок.
– Почему тебя вообще беспокоит это? – прорычал он, когда они подошли к мостам.
– Потому что вы выглядели таким же потерянным, как и она, когда прибыли сюда, – мягко ответила Элиза. Он никогда не слышал у нее подобного тона.
– А сейчас? – спросил он, когда она остановилась у моста.
Она окинула его долгим взглядом.
– Я думаю, что препятствие, которое мешало вам двигаться вперед, устранено, и теперь вы вольны найти собственный путь.
– Что ты ему дала? – спросил Сорин у Скарлетт, глядя вслед удаляющимся принцу и генералу.
– Кое-что, чем он сможет воспользоваться, когда я останусь его единственной надеждой, – тихо ответила она.
– И как это работает?
Она почувствовала, как он сделал несколько шагов к ней, но сама была не в состоянии повернуться к нему. Она знала, что будет дальше. Вчерашний день был исполнен драматических событий, поэтому вечером Сорин не стал донимать ее расспросами, и она уснула, проспала всю ночь, пропустив ужин. Он дал ей время, пространство и возможность отвлечься, но теперь намерен добиться ответов, которые она так тщательно оберегала последние недели… пока после спора с Калланом не оставила по недосмотру книгу в библиотеке.
– Это призовет к нему помощь, – пояснила она, потирая ладонями плечи и предплечья. В оранжерее не было холодно, но она ощущала внутренний озноб.
– Какую помощь, Скарлетт?
Она почувствовала, как Сорин осторожно коснулся ее локтя и, глубоко вздохнув, повернулась к нему.
– Такую, какую одна я могу оказать.
– Что это значит?
Его черты исказило разочарование, как бы ни старался он его не показывать.
– Почему бы тебе не спросить напрямую, Сорин?
– Ты так много всего скрываешь, что я не знаю, с чего начать, – ответил он.
– Наконец набрался храбрости? – ухмыльнулась она.
– Ты о чем?
Она отступила на несколько шагов, чтобы создать между ними пространство.
– Ты несколько недель ходишь вокруг меня на цыпочках. Боишься проявить настойчивость. Боишься задавать вопросы. Боишься
– Да! Да, боюсь. Потому что ты возводишь стены и отгораживаешься от других так же легко, как и я. Мы с тобой одно целое, не забыла? Тем не менее между нами преграда. Ты воздвигла ее в тот день, когда мы поссорились, и с тех пор я не могу ее преодолеть, – ответил Сорин. – Мы обещали все друг другу рассказывать и не скрываться за стенами.
– Я же ответила на твои вопросы, – запротестовала она.
– Уклончиво. Ты уже несколько недель присутствуешь наполовину и утаиваешь информацию.
– Потому что я пока не придумала, как со всем этим справиться, – ответила Скарлетт. – Не проработала детали.
– Так позволь мне помочь. Тебе больше не нужно справляться со всем в одиночку.
– Еще как нужно! Чем больше народу я привлекаю, тем больше подвергаю опасности, Сорин. Поэтому лучше оставить все как есть. – Девушка повернулась и зашагала к двери.
– Нет, – прорычал он. – Между нами все не так. – Она замерла. – Ты ведешь себя раздражающе, и я взываю к тебе. Я не допущу, чтобы последнее слово осталось за тобой исключительно потому, что ты моя королева. Не смей от меня отгораживаться.
– Сорин, пожалуйста, – прошептала она.
Теперь он стоял перед ней, чуть наклонившись, чтобы смотреть ей в глаза.
