– Сколько ей лет? – спросила женщина, сидевшая напротив лорда Бландинга.
– Двенадцать. Но ведет себя так, будто ей пятьдесят, – достает меня своими придирками. Когда-нибудь она станет очень сильной женщиной. Боюсь только, что все будут недостаточно хороши для нее.
За столом, казалось, все расслабились, когда разговор зашел о детях и женщинах. Марелла смотрела с полунасмешливой улыбкой, лишь изредка вставляя короткие замечания. Я почувствовала на себе взгляд короля и повернулась, вновь поразившись тому, что он лишь немногим старше меня. Как такой молодой король может быть настолько бесчувственным? Аркус рассказывал мне, что Расмус не всегда был жестоким.
– Ты удивительно красива, Огнекровная, – сказал он низким голосом. – Несмотря на порезы и синяки.
Его рука поднялась, словно он хотел коснуться синяка на моей ключице. Я быстро отстранилась.
Я хотела сказать, что
Мой страх перед ним растворился в облаке гнева. Тепло, о котором я бы и не подумала в этом холодном пространстве, поднялось во мне, расходясь волнами вокруг. Капельки воды соскользнули с края стола.
Он провел рукой по краю стола, стряхивая на пол воду, мгновенно превратившуюся в лед под его рукой.
– Успокойся. Я позвал тебя сюда не для того, чтобы обсуждать твою красоту.
Я посмотрела на него спокойно, холодно и… безразлично.
– Тогда зачем? Чтобы я поела с твоими шакалами?
Он, казалось, не обратил внимания на оскорбление.
– Это традиция, праздник в честь моего нового чемпиона.
– Даже Огненной крови?
– Огнекровные никогда не выигрывали раньше. Ты победила великого воина. Как ты это сделала?
Шорох привлек мое внимание к другим гостям, которые, казалось, подслушивали наш разговор, наклонившись поближе. Особенно сильно напрягся отец Мареллы, взгляд его серых глаз в беспокойстве метался под густыми белыми бровями.
У меня в ушах стучал пульс.
– Я почти не помню. Все было как в тумане.
Улыбка тронула уголки его губ.
– Тогда нам придется повторить, и в следующий раз ты расскажешь мне, как ты выиграла. У меня большие планы на тебя, Огнекровная.
– Я думала, что ты собираешь убить меня, так или иначе.
Марелла рассмеялась.
– Ну, тогда у нас не было бы никакой возможности увидеть тебя на арене. Мы бы много потеряли, да, Рас?
Я обратила внимание на то, как дружески она назвала короля Расмуса. Король же не отводил взгляда от меня.
– Я не собираюсь убивать тебя. Теперь ты – мой чемпион и мой гость.
Вперед вышел лакей с графином и налил вина в кубок короля. Двери открылись, и вошли трое мужчин с подносами, заставленными тарелками с ветчиной, говядиной, жареной рыбой, картофелем с маслом и овощами.
Гости принялись за угощение, а я сидела, сложив руки на коленях.
– Ешь, – спокойно сказал король.
Я встретилась с ним взглядом. Что произойдет, если я откажусь?
Он наклонил голову, словно читал мои мысли.
– Я уже сказал, что не убью тебя, Руби.
– Не называй меня так. Не оскверняй своим языком имени, которое дала мне мать.
Он улыбнулся и сделал глоток вина.
– Полагаю, я могу говорить, как хочу.
Впервые взгляд его слегка потеплел. Я отвернулась, от дискомфорта у меня по коже бежали мурашки. Я сделала глоток из кубка, чтобы скрыть свое замешательство.
Он барабанил пальцами по кубку, заставляя его звенеть.
– Я знаю, что твое самое заветное желание – убить меня.
В смятении я повернулась к нему.
– Да, – сказал он. – Совершенно очевидно, что ты меня ненавидишь. Огонь и лед – естественные враги, и я знаю твою историю. Знаю, что случилось с твоей деревней. Твоей матерью, – он откинулся на спинку стула. – Здесь осталось не так много Огнекровных. Когда человек сбегает из тюрьмы, на это сразу обращают внимание. Особенно в аббатстве, которое поклоняется Форсу. Интересно, кто тебя привел туда? Боюсь, твои монахи были не особо откровенными.
– Где они? – закричала я, отодвигая стул и вскакивая.
Я представила монахов в тюрьме Блэк Крик, под ногами бегают крысы, пока они спят, и их старые кости ноют из-за того, что лежать приходится на твердом каменном полу.
Гул разговоров за столом внезапно стих.
Король указал мне на место.
– Сядь, Огнекровная. Твои монахи не пострадали. Они в своем аббатстве, продолжают жить, как обычно.
Я пристально посмотрела на него, желая прочитать правду в этих пустых глазах.
– Я тебе не верю.
Над столом нависла тишина, все уставились на меня. Стараясь успокоиться, я снова заняла свое место, и разговоры возобновились.
– Ты думаешь, что они здесь, в плену? – тихо спросил он. – Подвергаются пыткам за то, что прятали тебя?
– Ты можешь держать их где угодно. Тюрьма Блэк Крик находится недалеко от аббатства.
Король отпил немного вина, затем спокойно поставил свой кубок на стол.
– Хорошо, что ты понимаешь всю степень опасности для тех, кого любишь, Огнекровная.
