Брошенные тетушкой слова никак не шли из головы. Она была права, Кристофер так долго тянул с рапортом об увольнительной, надеясь, что его отзовут в столицу до праздника, что в конце стало просто неприличным бросать так все дела в Вирентесе на неделю. Здешние люди надеялись на его помощь, а Арис ждал результатов. Поэтому дракон так и не заставил себя заикнуться в докладах о желании посетить дворец в праздничный день. Гвардеец чувствовал себя скверно. А что, если принцесса изменилась? Прошел уже почти месяц с момента их расставания. Вдруг она больше не та скромница, которой он запомнил её. Что, если Алита стала походить на сестер? Стала сплетницей, как Ада, или грубой, как Аврора. Непрошенные мысли вились приставучим роем мух, нашептывая гадости о драконице. Силясь унять бесполезные переживания, Кристофер долго не мог заснуть.
— До бала осталось три дня. Сестренка, ты готова к танцевальному сумасшествию? — широко улыбаясь, проговорил Арис.
— Ну… — протянула Алита, поставив туфельки рядом с клетчатым покрывалом. Накануне прибытия важных гостей, брат решил устроить обещанный королеве пикник. Они расположились в саду, неподалеку от излюбленного принцессой места: пруда с плакучими ивами. Жаркий летний вечер так и манил окунуться в прохладу.
— А почему ты решил устроиться здесь, а не где-нибудь на горе или на берегу загородных прудов? Я слышала от Ады, что многие ходят на пикник туда. Там красиво, — договорив, принцесса уставилась на развеселившегося по неизвестной причине короля.
— Да ходят, но нам это не нужно… — покачал головой Арис, лукаво улыбаясь сестре. — Ты понимаешь, такие места избирают, чтобы уединиться особым образом.
— Ааа… — густо покраснев, Алита уставилась перед собой в одну точку.
— Что-то Вики не видать, а ведь вся заварушка ради неё, — дракон скрестил руки на груди и упёрся спиной в ствол ветвистого клена. Выпрямив ноги, он громко хрустнул коленным суставом. Из-за этого звука старшая из сестёр вздрогнула. — От долгого сидения когда-то переломанная нога даёт о себе знать, — пояснил он.
— Я не знала, что у тебя была сломана нога, — драконица устроилась поудобнее и отдернула край юбки. — А как?
— Да… со стула упал, — отмахнулся Арис.
— А как так можно упасть? — нахмурившись, спросила Алита.
— Сейчас поведаю, — улыбка брата стала ещё шире. — Лет пять мне тогда было… или шесть? Не помню, да и не суть важно. Я хотел нашему деду подрисовать на портрете усы. Портрет висел в обеденном зале. Я дождался ночи, выбрался из спальни. Даже помню, что прихватил с собой сонный порошок на случай, если кого встречу. Ну и отправился в зал, поставил стул, но не смог дотянуться. А обращаться я тогда не умел, да и в помещении этого не стоит делать. Тогда я выстроил из стульев целую пирамидку. Залез, но конструкция не выдержала, и я упал. Сколько же всего я услышал от деда наутро.
— Хм… Ну ты хоть успел нарисовать?
— Ха, да, — Арис рассмеялся. — Не думал, что тебя заинтересует эта часть истории. Но, если хочешь знать, левый ус так и ушёл вниз, как я падал.
В ответ Алита улыбнулась.
— А расскажи каким был дедушка?
— Строгим, очень строгим, чопорным. Он часто гневался, постоянно ворчал. Я не помню, чтобы он хоть раз улыбался.
— Ого, а лорд Гарольд? Каким он был?
Арис вздохнул.
— Отец… Отец был хорошим. Очень мудрым, храбрым и настоящим стратегом. Вместе с Торасом — отцом Кристофера, они планировали всё. Были друзьями не разлей вода. Иронично то, что они погибли в одной битве.
— А я не знала об этом. Вернее, я знала о смерти лорда Гарольда из новостей, что приносят в Лантаун путешественники или печатаются в местной газете. Но всегда думала, что он погиб не в битве…
— В битве близ Силлота Торас погиб в схватке с синим драконом, а наш отец получил смертельную рану и через три дня скончался от действия адверсийского яда. Того самого, от которого ты излечила Кристофера, — Арис выдохнул и уставился в одну точку перед собой. — Так что можно сказать, что они погибли в одной битве.
Повисло молчание. Алита размышляла об услышанном. Могла ли она вылечить отца или нет — неизвестно. Видя насколько понурым сделался брат, драконица решила пустить разговор в иное русло.
— Они были такими друзьями, как и вы с Крисом?
— Ага, наверное, — Арис пожал плечами. — Кстати, хорошо, что мы вспомнили Кристофера. Я же тебе самое главное не отдал. Не хотел передавать через Алона, слишком личное, — король потянулся к сюртуку, который лежал рядом с ним на пледе. Из внутреннего кармана он выудил прямоугольную коробочку и письмо. — Держи.
Алита протянула дрожащие от волнения руки, чтобы взять футляр и запечатанный конверт. Притянув к себе, она вопросительно уставилась на брата, не решаясь открыть.
— Давай смелее. Посмотри, что там, — кивнул Арис, а сам потянулся к берестяной корзине и вытащил красное яблоко. Откусив кусочек, но еще не прожевав его, он добавил: — Давай-давай. Пока Вики не увидела, а то ещё разнервничается.
— Она будет за меня переживать, если узнает, что подарок от Криса?
