— Что с ней случилось?
— Я звонил сюда примерно неделю назад, — сказал Майло, — разговаривал с женщиной, которой казалось, что она знает мисс Мерфи.
— Это, наверное, была моя помощница Диана Петрелло. Эрна была… это случилось неделю назад?
— Вчера вечером. Что вы можете рассказать о ней?
— Давайте сядем, — сказал Уизерспун.
Мы с Майло устроились на диване, приобретенном в магазине подержанных вещей, от которого разило табаком. Уизерспун предложил нам кофе из шипящей машины, но мы отказались. Сверху доносились шаги. Ярко-желтый цвет стены резал глаза.
— Вы расскажете, что случилось? — спросил Уизерспун, усаживаясь на стул.
— Это пока не ясно, — ответил Майло. — Ее нашли в узком переулке, в нескольких кварталах отсюда, позади церкви Святой Троицы.
— Церковь… она была атеисткой, это единственное, что я могу сообщить вам.
— Бескомпромиссной? — уточнил я. Он кивнул:
— Да. Нет, мы не слишком давим на них. Но тем не менее стараемся воздействовать на сознание. Эрна не стремилась постичь Господа. Она, по сути дела, не была нашей регулярной клиенткой, а лишь появлялась время от времени, когда ей становилось совсем плохо. Мы никому не отказываем в приюте, кроме буянов.
— Не буянила ли она когда-нибудь?
— Нет, никогда.
— Отчего ей порой становилось совсем плохо? — спросил Майло.
— Все сводилось к употреблению спиртного. Эрна спивалась, приближая свою кончину. Мы встречались неоднократно многие годы, и в последнее время стало очевидным явное ухудшение ее состояния.
— В каком смысле?
— Проблемы со здоровьем. Постоянный кашель, повреждение кожного покрова, боли в желудке. Однажды она ночевала у нас, и утром ее простыни были в пятнах крови. Сначала мы думали… ну, вы знаете, месячные. У нас всегда есть тампоны, но некоторые женщины забывают об этом. Как потом выяснилось, кровь у Эрны текла из… — Уизерспуна передернуло, — из заднего прохода. Внутреннее кровотечение. Мы вызвали одного из наших врачей-добровольцев, и нам удалось убедить Эрну показаться ей. Врач сказала, что ничего страшного нет, но что у Эрны имеются трещины и ими следует заняться. Заняться, по ее мнению, следовало и возможными повреждениями кишечника. Мы предложили Эрне обследоваться у специалиста, но она ушла и не появлялась несколько месяцев. Такова была манера ее поведения. Пришла — ушла. Для многих из них это всего-навсего место, где можно остановиться и перекусить.
— Как насчет проблем с ее психикой?
— Это само собой. Для многих наших клиентов это нечто почти обязательное.
— Какие конкретно психические проблемы были у Эрнадин Мерфи?
— Как я уже говорил, все сводилось к употреблению спиртного. Мне казалось, что она зашла слишком далеко — это называется органической болезнью мозга. Нарастающая умственная деградация. Ночуя здесь, она иногда просыпалась и галлюцинировала. Синдром Корсакова. Это дефицит витамина В. — Уизерспун нахмурился. — Кое-кто шутит насчет розовых слонов, но ничего смешного в этом нет.
— В каком состоянии она была до того, как началось ухудшение? — спросил я.
— Ммм… Не скажу, чтобы когда-либо Эрна была… вполне нормальной. Не то чтобы она была глупой. Нет. Когда нам удавалось продержать ее в трезвом состоянии более или менее продолжительный период, она говорила так, что не было сомнений в богатстве словарного запаса. Казалось, что в свое время она получила образование. Но когда мы спрашивали ее об этом, она сразу же замыкалась. Позднее периоды трезвости становились все короче и реже. Последний год она была деструктивна.
— Агрессивна? — уточнил Майло.
— Напротив — пассивна, с затуманенным сознанием, заторможена, ей было трудно сосредоточиться, отмечалось и нарушение двигательной функции. Она спотыкалась, падала… именно это с ней и случилось? Упала и ударилась головой?
— Едва ли, — ответил Майло.
— Кто-то помог ей в этом?
— Пока мы не знаем, сэр.
— О Боже! — воскликнул Уизерспун. Майло вынул свою записную книжку.
— Как фамилия врача, которая осматривала Эрну в связи с кровотечением?
— Мы пользуемся услугами нескольких врачей — все добровольцы. Думаю, в тот раз была Ханна Голд. Ее кабинет находится в районе Хайленд. Это было всего один раз. Регулярных осмотров Эрны она не проводила. Никто не проводил. Нам никогда не удавалось найти ее. Бог дает, и Бог берет, но мы, смертные, совершаем многое такое, что влияет на путь, избранный нами.
— Что вам известно о жизни мисс Мерфи в ее семье?
— Ничего. Она никогда не говорила об этом.
— Были ли у нее друзья? — спросил я. — Общалась ли она с вашими постояльцами?
— Я не замечал этого. По-моему, женщины побаивались ее. В крупной Эрне было что-то устрашающее.
— Каким образом?
— Ходила она покачиваясь, бормотала, что-то ей мерещилось.
— Что мерещилось?
— Эрна никогда не говорила об этом, но по ее поведению, жестам мы догадывались, что она испугана. Однако попытки успокоить ее Эрна отвергала.
— Итак, женщины боялись ее.
