В первые мгновения я опешила, а потом начала догадываться о волнениях матушки. Ее дочь была примерной и послушной, можно сказать, у меня не было переходного возраста. А тут, едва поступила, до родительницы доходят такие слухи.
– Нет, у меня нет романа с преподавателем.
– То есть все слухи – это просто слухи? – пытливо посмотрела на меня женщина.
Я молчала, и мама обо всем догадалась.
– Знаешь, ты всегда была идеальной дочерью: разумная, целеустремленная, с правильными взглядами и приоритетами. Мне подругам даже не на что было пожаловаться.
Хм… Вот как относиться к такому заявлению?
– А теперь вот такое… Для тебя это серьезно?
– Да.
– А для него?
Что тут скажешь? Немного поколебавшись, я все же ответила:
– Не знаю.
– Ола!
– Тебе не о чем переживать. Ничего не значащий роман он со мной не заведет, а если решит жениться, то такого зятя ты только поприветствуешь.
– Сомневаюсь, – поджала губы мама.
Она уже расспрашивала о Райане, знает, кто он, возможно, видела. И все равно не одобряет.
– Почему? – спросила я, заинтригованная.
Протеста не было, бунта тоже. Я была взрослой, уверенной, и у меня был план. Справлюсь. И от Райана уже не отступлюсь – слишком сильно я его люблю. За время, которое я провела в новой жизни, это чувство только углубилось. Надеюсь, нам удастся понять друг друга.
– Он наследник рода драконов. И сам дракон. Что если ты не будешь с ним счастлива?
– Значит, не буду ни с кем, – пожала плечами я.
– Это юношеский максимализм, – отмахнулась родительница.
Она не верит в силу моей любви, думает, что это быстрое, скоротечное чувство, и потом я пожалею, а дракон уже не отпустит.
– Не буду спорить или что-то доказывать. Предлагаю подождать и посмотреть.
– Но слухи уже разлетелись по всей академии, – недовольно заметила мама.
Кстати. Очень неожиданно они разлетелись. Да, мы с Райаном поглядывали друг на друга, и я полагала, что это привлекло внимание окружающих, но настолько масштабных выводов они сделать не могли. А не помог ли им кто-то?
– Слухи всегда были и будут. Почему тебя это беспокоит?
– Но как ты выйдешь замуж, если тебе будут приписывать роман с драконом?
И тут мысль, как озарение. Она полагала, что, поступая в академию, я найду себе здесь перспективного мужа и заключу брак. Она и мысли не допускала, что я буду строить карьеру. Против Габриэля она тогда, в будущем, и слова не сказала. Он лучше Райана? Возможно, обаятельнее? Или не дракон?
– А если я не хочу замуж? Если я хочу строить карьеру?
– Дорогая, женщина не должна быть одна. Ее предназначение – выйти замуж и создать семью.
Все, это был тупик. Как могла, я старалась скрыть разочарование. Спорить тоже смысла не было. Так мать видит счастье для своего ребенка. Есть ли что-то более незыблемое в этом мире?
Поэтому я сказала:
– Обдумаю твои слова. А пока… Мама, ты не хочешь сходить за покупками?
Зимняя столица не была самым прекрасным местом на свете – серое небо, слякоть под ногами, пронизывающий ветер. Но по сравнению с моим родным городом, затерянным среди бескрайних равнин, она казалась сияющим раем. Особенно сейчас, когда матушка, широко раскрыв глаза, впитывала все вокруг – сверкающие витрины, нарядных прохожих, богатые кареты, запряженные породистыми лошадьми.
Ара Веланди была еще молода – слишком молода для матери взрослой дочери. Она рано вышла замуж, рано родила меня, и теперь, глядя на ее оживленное лицо, я понимала: перед ней все еще лежала целая жизнь, полная возможностей.
– Где ты остановилась? – спросила я, поправляя шарф, который норовил соскользнуть с плеч.
– У дальней родственницы. Ты ее не знаешь. Она согласилась меня приютить на ночь.
Я нахмурилась.
– Погоди… Ты что, приехала сегодня и, едва приведя себя в порядок, сразу пришла ко мне? А отдыхать?
– Дома отдохну, – махнула рукой матушка.
Я прищурилась.
– Ты же бросила вторую работу?
Она брала подработку, когда мне нужно было готовиться к поступлению. Но сейчас-то…
– Еще нет. Вдруг тебе потребуются деньги, – ответила мама и ее взгляд скользнул в сторону витрины дорогого магазина, где манекены в бархатных платьях и соболиных манто смотрели на нас свысока. – Здесь вещи хорошего качества. Зайдем?
– Их ценник слишком завышен, – твердо сказала я, хватая ее за руку. – Пойдем в другой, тут недалеко.
– Откуда ты знаешь? – заупрямилась она. – Я работаю швеей уже давно, и у меня глаз наметан. Там вещи высшего класса. А тебе нужно красиво одеваться, чтобы найти хорошего мужа.
Я не стала спорить, просто потянула ее за собой, мимо шумных торговцев, запахов жареных каштанов и сладкого миндаля, вглубь переулков, где стены домов смыкались так близко, что казалось, будто они вот-вот поглотят нас.
– Поверь, здесь вещи ничуть не хуже, – уверенно сказала я, распахивая дверь небольшой лавочки.
Внутри пахло кожей, воском и чем-то уютным – как в доме у бабушки. Продавец, женщина с седыми волосами, собранными в тугой узел, лишь кивнула нам, не навязываясь. Матушка, привыкшая к ярмаркам и шумным базарам, настороженно огляделась, но уже через минуту ее пальцы осторожно гладили ткань платья, оценивая швы.
