– И думать не смей, – из толпы празднующих выбралась тетка Марья, лицо у нее раскраснелось, платок сбился набок. – Никуда моя дочка с тобой, дикушка, не поедет! И вообще из дома не выпущу.
– Куклу вам говорящую надо, – с досадой протянул Мишка. – А это живой человек, у нее дел по горло!
Женщина замахнулась на рослого парня, тот со смешком увернулся. Маша поспешила вмешаться:
– Тетушка, я вас люблю и ценю все, что вы для меня сделали, но Мишку не гоните, он дважды мне жизнь спас – из реки вытащил, в лесу зимнем не оставил, и даже его волк меня от зверюги защитил.
– Правда ли? – тетка Марья устало прислонилась к саням невесты.
– Такое не придумывают, – ответила девочка. – Ой, Мишка, а Мохнатко твой где?
– Он в лесу сейчас, меня дожидается, – Мишка бочком обходил тетку Марью.
– Ай и постой же ты, дикий, – позвала женщина. – Отвечай, так ли было, как дочка говорит?
– Может, еще у волка моего спросим? Так и было… – Машка и Мишка наперебой принялись рассказывать, девочка даже показала на руке зажившую царапину.
– Прости же ты меня, парень. И ты, дочка, прости, – неожиданно сказала тетка Марья глухим голосом. – Все хотелось мне, чтобы дочка у меня была, хоть голосок в пустой избе звучал бы, может, и впрямь кукла говорящая нужна. Вижу, потрепала тебя судьба, Машенька, неспроста ты в дорогу рвешься. Хлопот мне с такой дочкой…
– Ну так отпустите ее! – предложил Мишка. Маша предпочла промолчать. Она во все глаза смотрела на женщину, ждала, что та еще скажет.
– Может, и так, может, ты и прав. Но у меня сердце кровью обливается, как подумаю, что пойдет она по дороге, одна-одинешенька, ни тепла, ни хлеба, лихие люди кругом. И с тобой не пущу – не потому, что не доверяю, а все же дикушка и волк неподходящая компания для девочки. Того и гляди, сами в беду попадете, и ее не пожалеют. Иди, парень, Звезды осветят твой путь. Не пущу я дочку…
Маша глубоко вздохнула, стараясь сдержать слезы. Мишка посмотрел на нее и повернулся, чтобы уйти. Но женщина остановила его.
– Приходи хоть на пирог, спасатель. Со двора ведь никто тебя не гонит. Да и мне с гостями веселее.
Она поплелась домой, сгорбившись, ожидая, что ребята пойдут за ней.
– Видишь ты, как я ее брошу, – шепнула Маша.
– Вижу, совсем плоха, – ответил Мишка. – Придумать бы что-то для нее надо. Подбодрить как-то. Уйти от нее сейчас – значит, убить ее…
Он догнал женщину, взял ее под руку, заговорил о солнце, о снеге. Та с благодарностью приняла и руку, и разговор. Маше ничего не оставалось, как идти следом.
Дома на свет появился вчерашний рыбный пирог, щи с курятиной, Мишка ел, против ожидания, чинно и аккуратно, ну, может, не безупречно, но во всяком случае, чище, чем некогда тетя Рыкоса. Улучив минутку, когда тетушка вышла, он сказал девочке:
– Я придумал.
– Как мне сбежать?
– Нет, как тете Маше хоть немного облегчить разлуку с тобой. Мы сделаем ей дочку-снеговичку.
– Мишка, – Маша опустилась на стул. – Ну что ты. Вместо живой дочки – ледяную.
– Это на время, – он оглянулся на дверь. – Послушай, у дикушек много детей, ты сама видела.
– Ну…
– Не все из них хорошо переносят зиму, близость зверей, пищу с костров. Можно принести ей тех, кто послабее.
– Детишек? – переспросила Маша. Ее последнее слово услышала вернувшаяся тетка Марья.
– Что?
– Да вот, я рассказывал Маше, как дела в убежище дикушек. Детишки хворают, зима больно лютая, мы по деревням молочко коровье собираем, но им же каждый день надо…
– Дети без молока! – всплеснула руками хозяйка. – Куда только их мамки смотрят!
– А мамки что, кого медведь задрал, кто от лихорадки помер. Есть у нас и сиротки. Им бы в такой дом, как ваш…
– Перехитрить меня хочешь, – погрозила пальцем хозяйка. – Где в мои годы с малышами возиться. Помощница нужна. Да я в любом случае Машу не отпущу. Сможешь – приводи детей, но Маша со двора ни ногой.
У Маши чуть слезы из глаз не брызнули – опять не получилось! Несгибаемая тетка Марья! Девочка выскочила во двор, чтобы никто не увидел ее отчаянья. Добрейшая хозяйка стояла на пути к ледяному рыцарю, а значит, и на пути к завершению Машиной миссии – и возвращению домой. Когда за ней вышел Мишка, девочка хмуро посмотрела на него и сказала:
– Давай лепить снеговичку. Помощницу. А там посмотрим…
Остаток дня Маша и Мишка катали снежные шары, лепили руки, ноги, поливали водой. Тетка Марья раз вышла на крыльцо, посмотреть, чем молодежь занята. Постояла и сказала:
– Ну дети малые, честное слово!
Маша заметила, что Мишка, прежде чем начать катать шары, вкладывает внутрь веревку из соломы.
– Думай немного! Просто из снега снеговика не оживишь, телу хребет требуется. Мы обычно вокруг дерева лепим, а тут елок нет, зато твой снеговик не будет на месте стоять, как приклеенный. По двору ходить будет, может, и в дом зайдет, если печь не жарко натоплена будет.
