— Здешние места населены душами, что когда-то обменяли свою свободу на могущество у снежных демонов. Здесь почти нет живых, кроме бедолаг, что угодили под эти своды в качестве ещё одного испытания Троп Ледяных Зеркал. Не вздумай тут ничего есть или пить. Иначе станешь вечной пленницей этих мест. В лучшем случае, станешь женой одного из рабов Артайи или иной Снежной Госпожи. Большая часть пришедших сюда странников неизбежно становится невольниками без малейшей возможности однажды спастись.
Я так и не смогла удержать вопрос, что так и вертелся у меня на языке:
— Прости, Радыня, ты — морок или тот, кто когда-то был побратимом моего старшего брата?
— Настоящий я сейчас нахожусь в недрах иного миража. Здесь действуют какие-то неведомые мне законы. Поэтому тело требует гораздо меньше воды и пищи. Береги свое имущество, как зеницу ока. Иначе у тебя не будет и полшанса на то, чтобы ускользнуть из тенёт Снежной Госпожи, что тут правит.
— Артайя спит и видит, чтобы я отказалась от своей Тропы Ледяных Зеркал. Только и в мыслях нет поступать так глупо, — тут с удивлением поняла, что меня больше не тянет к тому, кто когда-то первым разбудил моё до этого не знавшее любви сердце. — Желаю и тебе вырваться из смертельной ловушки и обрести свое счастье.
В голосе копии человека, что когда-то очень хорошо знала, прозвучала легкая грусть:
— Тебе повезло, Ника, ты уже встретила мужчину, ради счастья быть рядом стоит бороться до последнего вздоха. Увы, думал, всё сложится иначе. Да, видно, не судьба нам быть вместе, — и он растаял, точно сон на рассвете.
Странная снежная дымка вокруг меня пришла в движение, из нее выскользнул писарь и, чуть ворчливо проронил:
— Кхайя Береника, вы заблудились? Идёмте, провожу вас в «Русалочью Заводь». У вас усталый вид, — и он потянулся к моим сумкам, но я, сразу же, воспротивилась такому повороту событий.
— Нет, мне нравится тут. Не собираюсь задерживаться в вашем городе надолго. У меня такое ощущение, что мне потолок на спину и голову давит.
— Поначалу с таким затруднением сталкиваются все, но очень быстро привыкают. Снаружи слишком холодно. А ещё там бродят вечно голодные ледяные чудовища и снежные волки. Там невозможно выжить!
— Благодарю за беспокойство, господин, но никуда не пойду. Мне нужно перевести дух. Побыть в одиночестве, чтобы подумать, как мне быть дальше.
— Глупая девчонка! — Гавер попытался увести меня силой, но мои ноги словно вросли в каменный пол малахитовой беседки, и он вынужден был отступиться.
Изящное невесомое кружево таило в себе незнакомые символы и руны. Непроизвольно пробежалась пальцами по изображениям и с удивлением увидела, как окружающая реальность стремительно бледнеет. Видимо, чары Снежной Госпожи Артайи под их воздействием слабели. С облегчением поняла, что оказалась на той же бескрайней равнине. Только магия демонессы не дала мне понять, что всё, на самом деле, совсем не так, как видят мои глаза.
Не знаю, почему мне в голову пришла вполне здравая мысль скопировать на пергамент весь обережный узор. Закралось подозрение, что морок Радыни не просто так привел меня именно в эту беседку. Поэтому старательно перенесла каждую черточку и буковку, аккуратно делая пометки на отдельном листе по поводу оттенка и даже фактуры самого камня.
— Зачем ты это делаешь, глупая девчонка? Без моих чар ты тут замерзнешь насмерть уже этой же ночью! — Артайя не скрывала раздражения пополам с крайней степенью изумления.
— Благодарю за заботу, но холод мне не страшен, госпожа снегов, — начертив завершающий завиток очень сложного обережного узора, заставила себя увидеть бескрайнюю зимнюю долину. Потом торопливо пошла по весело зазмеившейся под моими ногами тропке.
Выпустила на волю свой дар, обернулась совой с серебристым оперением и полетела на розыски Ледяного Зеркала. В глубине души понимала, что миражи ещё будут искушать и испытывать меня. Далеко не всё, что они мне покажут, будет ложью. К сожалению, истина бывает подобна льдинке с острыми краями и может оставить на сердце и в памяти долго кровоточащие раны.
Оказаться не просто в Снежнике, а в родительском доме, оказалось почти шоком. Отец замахнулся плетью на маму и прорычал:
— Глупая баба! Бересклет наотрез отказался от других наших дочерей! Сказал, что только Ника могла бы украсить собой его род! Воспитала наглую и непослушную девицу, всем на диво! Хотя, чему я удивляюсь! Яблоко от яблоньки недалеко катится! Ты ведь сама пыталась улизнуть по треклятым Тропам Ледяных Зеркал, лишь бы не становиться женой сына старейшины Харга Бересклета!
— Лучше б я не проявила слабость, тогда не пришлось бы мучиться в твоём обществе! Единственная моя отрада — дети! Не позволю никому из них сломать судьбу потому, что тебе всё мало! Сколько не дай почестей и золота, хочется больше и больше! Уймись, супруг мой! Иначе останешься один!
— Никуда ты от меня не денешься, змея подколодная! — он замахнулся, собираясь высечь строптивую женщину, но ничего не успел сделать.