– Джулиан тебе сказал? Он нам не верит. – Шим посмотрел на своего кузена, который смеялся над чем-то, что сказал кто-то из остальных. Джулиан был невероятно богат, безжалостен и крайне порочен. Он отлично вписывался в общество Неблагих. И он оказался достаточно умен и нашел способ вытащить своего консорта из закрытого для Благих мира. Он собирался жениться на девушке по имени Даниэлла, когда началась война. Но никакая заурядная кровавая гражданская война не остановила бы Джулиана Лоджа. У него была пара для связи, и он и глазом не моргнул, когда она явилась к нему не одна. Ее слуга, молодой человек по имени Финн, сбежал и боролся за то, чтобы остаться рядом с ней. Джулиан Лодж просто забрал их обоих, что было вполне в его духе, и теперь все были счастливы.
Шим не нашел свою вторую половинку, потому что не убедил отца, что она все еще жива.
Что, если ее братья окажутся более разумными?
– Сколько вам лет? – спросила Мег.
– Тридцать, – ответил Шим.
Она изучала их проницательным взглядом.
– Возраст сближения давно миновал. Разве вы не должны сходить с ума и все такое? Бек и Киан едва не свихнулись. Бек скрывал это, но теперь я понимаю, как близко к краю пропасти он находился. Я не чувствую подобного от вас.
Лок напрягся.
– Потому что мы сблизились тринадцать лет назад.
Шим заметил, как в глазах Мег отразился шок, но не неверие.
– Вы сблизились, но потеряли ее?
– Мы никогда не контактировали с ней физически. Мы связаны лишь ментально, – объяснил Шим.
Он хотел было продолжить, но в холле раздался крик. Вбежал один из стражников с мечом наготове.
– Ваше высочество, слуаги[4]. – Стражнику пришлось сделать глубокий вдох. Было очевидно, что он долго бежал со своего поста. – Они идут.
Шим тоже глубоко вздохнул, потому что появление во дворце парочки слуаг не предвещало ничего хорошего. Обычно слуаги сидели в своих пещерах, питаясь всякой гнилью этого мира.
Его отец вздохнул.
– Сколько их?
– Они пришли все, ваше величество, – предупредил стражник.
Шим взял кружку из рук Даффи. Ему требовалось мужество, потому что, похоже, им всем пришел конец.
Солнечные лучи согревали лицо Брон, а тихий шелест колышущейся на ветру пшеницы ее успокаивал. Приближалось время молотьбы, но оставалось еще несколько дней покоя. Когда наступало время, Бронвин работала с утра до захода солнца, а потом едва успевала поесть, прежде чем падала в обморок от усталости.
И засыпала слишком крепко, чтобы видеть сны. Она скучала по ним.
Как можно скучать по двум мужчинам, которых никогда не видела?
– Иззи! Иззи! – Ее уединение нарушил высокий голос.
Брон улыбнулась. Даже спустя столько лет она все еще была несколько шокирована, услышав, что ее называют другим именем. Изольда. Она выбрала это имя, когда Джиллиан окончательно отчаялась найти способ покинуть мир. Брон все еще видела перед собой лицо Джилли, по которому катились слезы, когда она сообщила ей, что придется отказаться от своего имени.
Этот мир был тяжелым испытанием для ее приемной матери.
– Иззи!
– Я здесь, Ове! – Ничего не поделать. Домовенок будет звать ее, пока не найдет свою добычу. Ове была упорным существом.
Пшеничные колосья зашевелились, когда брауни побежала к ней. Брон приготовилась к столкновению.
– Я нашла тебя! – Ове бросилась в объятия Бронвин.
– Да, молодец. – Брон держала ее на руках, наслаждаясь ощущением хрупкого тела. Она любила брауни. Их грубая кожа лица и растрепанные волосы вызывали нежность, которая возвращала ее в детство. Няни и горничные – почти все были брауни и усердно трудились, чтобы заработать себе на чашку сливок.
Ове было всего два года, но брауни старели иначе. Она была ребенком, но уже работала. И все же в ее широко раскрытых черных глазах горел свет юности. На мгновение Ове прижалась к Брон. Брауни были нежными созданиями, когда им позволяли. Ее собственная няня носила ее на руках, пока Бронвин не подросла, а потом Фланна гладила ее по голове и держала за руку при любой возможности. Ее матери нравилась их привязанность, а отец просто терпел.
Где сейчас милая Фланна? Вероятно, ее похоронили в братских могилах, которые копали люди Торина, когда Брон бежала из дворца.
Она отогнала эту мысль и посмотрела на Ове.
– Так скажи, малышка, зачем ты меня искала?
– Скоро приедет мэр.
Три слова – и весь ее день испорчен. Миша О'Салливан был напыщенным ослом, который смотрел на нее слишком фамильярно для мужчины вдвое старше ее. К сожалению, он был напыщенным ослом, обладавшим властью в этой захолустной части света. Эта деревня, может, и находилась на окраине мира, но даже здесь Торин в какой-то мере контролировал ситуацию через чиновников.
Брон поставила брауни на ноги.
– А твоя мама знает, зачем он едет?
