Хоть Арен и старался вести бодрый монолог, но его манера речи изменилась, она стала непривычно медленной, скомканной и даже слегка заторможенной. Уже только по этому я поняла, что он был предельно измотан. И мне стало интересно, сколько прошло времени. На улице стоял день, и казалось, что прошло всего пару часов после моей отключки, но более детальное изучение внешнего вида Арена заставило усомниться в своем предположении: потрепанный, усталый, с ленивым прищуром, словно веки вот-вот должны были сомкнуться — он будто сутки не спал. Минимум. А значит, из-за меня мы потратили много и так неблагосклонного времени.
«Плохо, очень плохо», — распереживалась я.
— Позволишь? — вдруг спросил Арен, нарушая давящую тишину. Я сперва не поняла, что он имел в виду, но вскоре Арен аккуратно взял мою правую руку и, наблюдая за реакцией, начал растирать ее. — Ежели разогнать кровь, то быстрее сможешь почувствовать тело. — Видя, что я никак не протестую, он с чутким рвением сосредоточился на возвращении чувствительности моего запястья.
И данный процесс выглядел крайне забавно. Вернее, дело было в Арене: вроде никто не заставлял его делать то, от чего покраснеют уши, тело напряжется как струна, а взгляд будет смущенно отводиться в сторону. И вот я в конце концов поймала себя на мысли, что смотрю на сконфуженного, но заботливого парня с открытой естественной улыбкой. Я смогла нормально улыбнуться! А еще смогла повернуть голову чуть влево и заметить тугую повязку на предплечье с просачивающейся через ткань зеленой субстанцией, от которой и исходил странный земляной запах. Арен приметил мой интерес и сказал:
— Рана несерьезная. Была бы для мужчины, — добавил он на тон ниже, словно собирался поведать о чем-то ужасном. — А тебя охватила горячка. Посему пришлось всю ночь поить Рагнолией. Повезло, что она у них была. Вот и снова удача. Только…
Арен замялся и, опустив глаза, крепко сжал мою руку. И я наконец смогла что-то почувствовать. Его силу и тепло. Пузырьки эйфории ударили в голову, ведь я чувствовала! Даже не догадывалась, что это так приятно, что банальное прикосновение может вызвать такую бурю чувств. Но еще как может!
— Ингрид, ты сильно не огорчайся. — Однако натужные вкрадчивые слова Арена вмиг охладили мою стихийную радость.
«Что случилось? Что-то страшное, непоправимое? Скажи уже. Не держи в себе и не томи меня», — сгорала от тревожного нетерпения.
— Останется шрам, — тихо проговорил Арен, вскользь взглянув на повязку. А после с угловатой бодростью добавил: — Но это самая скромная плата, которую Он мог бы взять за выигрышную партию у смерти, разумеешь? Да? — с затаенной подавленностью всматривался он в мои глаза, ожидая ответа.
— Да, — полушепотом выдохнула я, улыбнувшись.
«Так ты переживал, что меня расстроит шрам? — Тревога мигом улетучилась, оставив смешанное чувство, эгоистичное и тягостное одновременно. — Еще и ухаживал за мной всю ночь? Поэтому у тебя так покраснели глаза? — Я смотрела в уставшее, сонное лицо Арена и осознавала, что его внимание ко мне не стоило того. — Прошу, не заставляй меня чувствовать себя еще более отвратительно. Не переживай так из-за меня. Уже забыл, кто я для тебя?»
— Ингрид, все будет хорошо. Ни о чем не волнуйся, отдыхай.
Арен пытался говорить твердо и уверенно, как обычно, но барьер «холодности» уже давно пал из-за волнений и переживаний, которые уже было не скрыть. Хоть мне это было и не нужно, однако его искреннее желание утешить и приободрить не могло не найти отклик в моем сердце. Чтобы отвлечься от смущающих чувств, я сосредоточилась на руке: сжимая пальцы, разгоняла кровь по венам, благодаря чему вскоре смогла приподнять запястье. Приметив обеспокоенное внимание Арена, я подняла большой палец вверх.
— Видишь, все супер, — задорно усмехнулась, пытаясь разогнать нависшие над Ареном грозовые тучи. Все же находила странным то, что он волновался обо мне больше, чем я сама. Я этого не понимала, оттого и хотела вернуть наши отношения в прежнее русло обычного сотрудничества. — Со мной уже все в порядке. Чувствую себя гораздо лучше, так что пора начинать собираться — скоро отправляемся.
— Нет, тебе рано вставать, — холодно отрезал Арен и опустил руку мне на плечо, тем самым мягко, но настойчиво прижав к подушке.
— Сказала же, что все нормально. — Не скрывая раздражения, я убрала его руку и приподнялась, несмотря на попытки парня уложить меня обратно.
— Хорошо, хорошо, — отступил он, — но давай хотя бы еще одну ночь здесь проведем, а поедем уже утром, договорились?
— Нет, — категорично замотала головой. — Мы и так много времени потратили, нужно ехать. Сейчас.
Я резко встала с кровати, из-за чего у меня тут же зашумело в голове и повело в сторону. Арен успел подхватить меня, усадил обратно на кровать и подал воду.
— Ингрид, давай ты еще немного отдохнешь, я сам все подготовлю к дороге, а потом приду за тобой, хорошо?
— Хорошо, — согласилась я, гневно впиваясь ногтями в деревянную кружку из-за признания постыдной слабости.
