Лейла окликнула Беатрис, и они стали кружить около меня. Принесли завтрак мне и собаке, помыли, причесали, нарядили в платье. Я приказала заправить опостылевшую постель. Боги, полдня прошло, не меньше, пока меня собирали в кучу. Что-то я уже не хочу никуда…
После всех ухаживаний я опустилась в кресло и притихла. Руки дрожали. Слабость снова подступила. Я попросила девочек подать мне книгу и оставить. Шторм опустился у моих ног, придавив туфли, и задремал.
Интересно, как обстоят дела в усадьбе без меня? За время отсутствия и болезни Зига я успела привыкнуть быть хозяйкой. Теперь осознала, что мне скучно без этого. Вспомнила, что не доделала ещё один гобелен в зал. А Зиг мне ничего не сказал про изменения в доме… понравилось ли ему? Может, он и вовсе не заметил. Вздохнула. Зря я опять волнуюсь о нём, это не имеет никакого смысла.
Моя простуда стала отличной возможностью пустить слух о том, что княгиня потеряла ребёнка, и закрыть череду моего вранья. Лейла, Беатрис и другие мои близкие служанки обмолвились этим известием с девушками с кухни — знатными сплетницами, и теперь вся усадьба шепталась о нашем с Зигом «горе». Я обещала решить вопрос с враньём, тем давним враньём, когда он лежал с пробитой головой, и я решила. Цена была высока. Но на душе стало легче.
В коридоре послышались тяжёлые, резкие шаги. Я напряглась. Знала, что в доме так ходит лишь один человек, и это…
Мой князь.
Он распахнул дверь, грохнув ею о стену, и ворвался в покои, как ураган. Огляделся и увидел меня в кресле. Я испуганно обнялась с книгой.
— Хвала богам, тебе лучше! — выдохнул Зиг и рванулся ко мне.
Шторм заскулил. Зиг просто оттолкнул его и обхватил меня. Я прижалась к его плечу и выронила книгу. Она упала на пол, но никто не склонился поднять. Ничего себе. Зиг даже наплевал на мудрость… сильно же ему нужна его собственность. То есть я.
— Я чуть не сдох без тебя, — прохрипел его низкий голос в ухо. Князь зацеловал мою щёку. — Всех поставил на уши из-за тебя. Велел молиться в городе. Я… я послал Йоргена с мешком хлеба, чтобы он накормил сирот. Как ты хотела.
Мои глаза изумлённо распахнулись.
— Боги, Зиг… — я стиснула его плащ в кулачке. Он, должно быть, пришёл со двора. На князе был плащ с волчьим воротником, где таял холодный снег. Мне стало так радостно, что я смогла помочь бедным детям, что чуть не зарыдала. — Спасибо, Зиг. Я… я люблю тебя.
Это был второй раз, когда я решилась сказать ему о чувствах. О своей любви. Он вряд ли ценил мои слова. Большой льстец, для него слова ничего не значили. Но для меня… я вложила все чувства к нему в эти простые три слова. Призналась. Ощутила, как светло делается в моей душе.
— Я сделаю всё, что захочешь, только не бросай меня одного, — сказал Зиг в ответ.
— Я твоя жена, я никогда не брошу тебя, — мне казалось, это очевидно. — Я уйду только с тобой, в курган.
Зиг поднялся. Он прошёл к кровати и бросил меня на одеяла. Я была ещё слабой, чтобы пытаться бороться с ним. Да и есть ли в этом смысл? Зиг придавил меня собой. Мы встретились глазами. Его мозолистые пальцы с рисунками погладили моё лицо.
— И чем я заслужил такой подарок, Катерина?
Не поняла, шутит он или нет. Зиг чуть улыбнулся и поцеловал меня. Я потянулась в ответ, хотя наверняка была ещё заразной. А ещё сопливой и охрипшей от кашля. Зигу было всё равно. Он спустился поцелуями по моей шее. Задрал юбки моего платья и нижней рубашки. Я тихо вздохнула и повернула голову. Заметила, что дверь ещё распахнута.
— Зиг… Зиг, закрой дверь, — взмолилась я между стонами. — Мне стыдно, вдруг кто-то увидит?..
— Моя невинная весна, — хмыкнул он, шлёпнул меня по голому бедру и поднялся. Наорал на Шторма: — Пошёл вон!
Пёс выскочил и затрусил прочь. Зиг захлопнул дверь. К его яростной страсти я была ещё не готова. Боялась, что будет больно и снова пойдёт кровь. Зиг, к моему удивлению, не спешил врываться в меня, хотя чуть не разорвал мои одежды. Он перевернул меня на живот и приласкал.
Я застонала. Голос был низким и сиплым после болезни. Была и слабость, и холод покоев облизал тело, вызвав дрожь. Зиг целовал мои плечи и спину. Вызывал желание, которого я давно уже не испытывала. Видимо, осознавал, что я не вынесу грубости после пяти дней в кровати с жаром. Я же почти не ела даже. Откуда взяться силам для любви? Зиг перевернул меня на спину и опустился к животу губами.
— Зиг… Зиг!.. — позвала я, хватая его рыжие волосы. — Что ты… что ты… а-а-ах!
Он поцеловал меня между ног. Я заёрзала. По щекам потекли слёзы стыда, но я не хотела, чтобы он прекращал. Это было неправильно — целовать меня там. Я казалась себе грязной.
— Не бойся, Китти, — сказал Зиг низко. Он очень меня желал, но впервые ставил моё желание выше своего. Что-то с ним неладное… — Пошире, моя киска, тут нечего стесняться.
