Появляются еще два вопроса, которые лежат особенно близко к сердцу нашего автора — смысл Троицы и мессы, ибо эти две темы составляют сущность всей истории. Просвещение в этой догматике уже давно существовало в церковной литературе но, по большей части, не было доступно мирянам. И именно популярный характер этой работы придает ей особую ценность. Она привносит прямое свидетельство усилиям наивного, хотя скорее еще нетренированного, ума, рассматривающего самые высокие материи и дает важный взгляд на христиан того времени.
Это еще более интересно потому, что со всем своим благоговением и уважением к церкви, которое он постоянно подчеркивает, де Борон достаточно непредубежден, чтобы высказывать также и довольно неортодоксальные мысли. Ведь это действительно неортодоксально — тот, что не был апостолом, особо избран, чтобы хранить кровь Христа и основать такой ритуал, как Святая месса, или когда Христос описывает действия Иосифа в похоронах как нечто, чего никто из апостолов не осмелился бы сделать. Эти неортодоксальные моменты, однако, кажутся основанными не столько на еретических взглядах, сколько на наивности автора, который не стеснялся соединять традиционную доктрину и витающие в воздухе в то время идеи со своими собственными мыслями и фантазиями. Нужно понять выраженность его попыток, и поскольку она поражает каждого, как самое интересное, что есть в этом тексте, мы перенесем наше основное внимание на это, а не на течение событий повествования.
Давайте еще раз обратимся к нашему тексту. Христос приносит Иосифу сосуд, содержащий его кровь, с особыми словами: «Ты знаешь, что ты этим получил? В твоем хранении будет знак моей смерти, кровь Троих в одной голове Бога». Сосуд, следовательно, символизирует не только смерть Христа, но и Троицу.
Далее Христос говорит, что в будущем нужно накрывать жертвенные столы, что такие столы будут символизировать Крест, что сосуды, в которых будет содержаться жертвоприношение, будут обозначать могилу, дискос — символизировать камень, которым закрывают могилу, а скатерть, расстеленная на столе — погребальные пелены. Таким образом, будущее установление мессы и ее символизм ставятся в соответствие с действиями Иосифа и событиям смерти Христа и его воскресения дается центральное место.
Издано Франциском Мишелем под заглавием «Le roman du Saint Graal» на основании единственного сохранившегося манускрипта конца 13-ого века, ныне хранящегося в Национальной Библиотеке в Париже (no. 20047 fr.). Репринтное издание — в приложении к 1-ому тому F. Furnival, «Seynt Graal, or the Sank Ryal», 1861. Переиздано Нитце, «Le Roman de I'Estoire dou Saint Graal» в «Les classiques français du Moyen Age», 1927. Ср. также Nitze, «Messire Robert de Boron, Enquiry and Summary».
Издание Юшера, «Le Saint Graal, ou j25eph d'Arimathie: Premiere Branche de la Table Ronde», 1875. Содержит первую часть, на основе манускрипта второй половины 13-ого века (Cange MS.), и так называемого «манускрипта Дидо», датированного 1301 годом, а так же «Perceval, ou la Quite du Saint Graal», тоже на основе «манускрипта Дидо». Мы приносим нашу благодарность Дж. Л. Вестону за его работу «The Prose Perceval, According to the Modena MS», новое издание манускрипта, хранящегося в Модене.
Эта часть оказалась включенной в более пространный рассказ, озаглавленный «Merlin, roman en prose du XIIIe siècle», изданный Гастоном Пари и Якобом Ульрихом на основе манускрипта Хаса., в ежегоднике Французского общества древних текстов за 1886 год. В поэтической форме сохранился только небольшой фрагмент из «Мерлина», напечатанный Нитце в качестве приложения к упомянутому выше «Roman de I'Estoire dou Saint Graal».
Тот факт, что упомянутый граф де Монбельяр участвовал в Крестовом походе 1188 года, и умер в 1212 году в звании Констабля Иерусалима, и предположение о том, что посвященная ему работа де Борона была написана до отплытия Монбельяра в Палестину, приводят нас к заключению, что текст написан где-то в районе 1190 года, и таким образом относится к тому же времени, что и текст Кретьена де Труа. С другой стороны Бодо Мергель утверждает, что тест де Борона был написан на 10 раньше, чем текст Кретьена де Труа. Еще одна точка зрения заключается в том, что работа де Борона была начата в начале 13-ого столетия. Ср. P. Zumthor, Merlin, p. 115. Пока нельзя с уверенностью сказать, чем вызвано то впечатление, то один из текстов как бы опирается на другой — может быть, причина тут в непосредственной связи между текстами, или же в существовании неизвестного нам общего для них источника. В издании Нитце.
В Евангелии от Никодима Христос выводит Иосифа из темницы.
В поэтической версии, опубликованной Нитце, это звучит так:
