Я оказался прав. Когда Йедерик повалился на землю, зажимая перечеркнутое сталью горло, Вейлвуд оглянулся на нас, затем на небольшую компанию трупов, окружавших повозку.
- Силен, - уважительно бросил он в сторону Анатоля, тот равнодушно кивнул - видимо, не в первый раз. Что касается нас, никаких особых успехов от нас воин, похоже, и не ожидал.
- Денег у меня немного, ребята, - отдышавшись, сказал Ингвар, - но шкуру вы мою спасли - все вместе они бы меня прирезали, как свинью. Спасибо, что вмешались.
- Да тут же и квиты будем, - рассудил я, прикинув, что, раз мы приняли участие, нам принадлежит добыча с тел неудавшихся грабителей. Да и людей, собственно говоря, неудавшихся - второго шанса у них уже не будет. Можно было с уверенностью сказать - все, как на подбор, были людьми, не слишком богатыми и очень агрессивными.
- Мы можем отвезти сундук обратно, если так уж нужно, - предложил я после обыска, в результате которого мы стали богаче аж на четыре золотых и гору мелкой меди, а также оружие нападавших. Одежду я приказал не брать - побрезговал.
- Просто помогите его сгрузить и передайте вестовым в город, - сказал капрал, задумавшись. - В случае если кто-то один остался, он меня не убьет, а мастер Донахью придумает, что делать. Если уж он не обманет эту чертову Книгу, тогда я не знаю, кто на это способен.
- Я съезжу, - вызвался йрвай, очищая когти с помощью чистого обрывка рубашки главаря бандитов. - Снежка самая быстрая, обернусь за полчаса. Вы пока что отгоните телегу к перекрестку.
После того, как капрал и наш телохранитель сгрузили увесистый сундук, передняя ось телеги поднялась на добрых четверть вершка, и мы тронулись в обратный путь, меня все-таки стошнило. Благо, я додумался сделать это, свесившись через борт телеги.
линия моих успехов пляшет, как кардиограмма
До Фэрчайлда мы добрались вполне благополучно. Нет, я не то чтобы против, однако после событий, произошедших в течение первой недели моего пребывания в мире Кихча, я ожидал, по меньшей мере, какого-нибудь града, или атаки безумного волшебника, или гона не менее безумных буйволов, или другого варианта, не менее "прекрасного". Но обошлось. Рассказывать, как мы торговали рыбой - дело, пожалуй, неблагодарное. Точнее, большую ее часть у нас выкупил владелец рыбной лавки в западной части города... ну, вот видите. А обещал ведь не рассказывать.
Гораздо важнее то, что, вернувшись в Коргат по записке, принесенной Локстедом, я получил от мастера Торговой Гильдии Ульрика Донахью невиданную сумму - десять варангов. По одной монете я тут же, на выходе отдал йрваю и Анатолю, который в качестве ответной услуги пообещал обучить меня стрельбе из арбалета, который мы заблаговременно не продали. Мол, деньги он все равно пропьет или проиграет (хотя, учитывая масштабы цен, я не представляю сколько нужно пить на двенадцать золотых), а знания останутся при мне.
Наука вроде нехитрая, но, сколько же я промучился с разборкой, пропиткой тетивы специальным составом, а также смазкой поворотно-натяжного механизма! Арбалет самого сарруса взводился легче - сам Анатоль просто натягивал тетиву рукой - да и весил меньше, кроме того, он был не так топорно сработан. Спустить крючок, проследить за болтом, перехватить ложе, провернуть рычаг, оттягивая тетиву, вложить новую стрелу. Повторить до смерти врага. Честно, газовый пистолет мне нравился больше, но его мне получить обратно так и не удалось. Стоит ли его считать расплатой за глупость? Наверное.
В общем, в Фэрчайлде мы пели и пили, я честно отдал по одной четверти выручки спутникам, а трезвый Локстед служил нашим голосом разума. Он зарекся даже смотреть на мед, поскольку последствия обошлись для него чересчур болезненно. В результате ночных похождений я едва не потерял свою шляпу, йрвай обзавелся пенсне с одной дужкой, аккуратно снятым с носа храпящего пьяного господина и торжественно врученным ему Анатолем, не приемлющим в тот момент никаких возражений, а сам саррус где-то раздобыл ведро с какой-то черной гадостью, которое торжественно вручил мне и поклялся, что это лучшая смазка для тележных колес, которую он когда-либо видел. И в самом деле, от ведра ощутимо несло каким-то моторным маслом и дерьмом. Нет, серьезно.
Из города мы выехали рано утром, обзаведясь несколькими солидными рулонами ткани, крашеной в бордовый, красный и зеленый цвета. Полушка по-прежнему смирно тащила телегу, не испытывая никаких заметных трудностей - если не считать того, что в подрытой кротом яме она однажды чуть не подвернула ногу. Я по бросовой цене купил несколько досок, тонкие кованые гвозди (вы видели когда-нибудь квадратные гвозди?) и еще две подушки, порадовавшись тому, что не продал инструменты, и переделал скамейку извозчика в нечто непотребное, но очень удобное и мягкое. За это был вышучиваем большую часть пути, но иногда ловил завистливые взгляды. Седло-то не такое и удобное, это уж я знаю наверняка.
