Путь на улицу был свободен. Тобиас уже готов был к новому прыжку, как вдруг наверху раздался протяжный детский плач. Вой маленького волчонка.
Тобиас понял сразу. Их окружили: военные решили зайти не только через дверь, но и через окно спальни, и напугали кого-то из малышей. Это отвлекло волка, и когда он обернулся вновь к выходу, то уставился носом прямо в дуло ружья.
– НЕТ! – заорал Эстебан, чуть ли не прыгая перед парнем.
Лицо отчима – было последним, что увидел Тоби, прежде, чем его сознание погрузилось во тьму.
– Хотелось бы, конечно, увидеть, как стал ты демоном. Но Замирье недоступно для просмотра, а жаль, – пробормотал Бизер, заканчивая свой трип. – Что было дальше, после твоего торжественного воскрешения знает весь Андеадлинг.
Он осторожно убрал Порталиус в нагрудный карман и протяжно вздохнул. Тишина давила на него. Это было подозрительно, что в таком густонаселённом городе может быть настолько тихо.
– Что ж, пора открыть людям правду. Я буду новым мессией. Я покажу людям, что гибриды – ужасные и опасные. У меня есть для того доказательства. А ты, – он слегка обернулся через плечо: в углу лежал связанный по рукам и ногам мужчина лет сорока без сознания, – доблестный будущий губернатор-президент Андеадлинга, мне в этом поможешь.
Бизер приподнялся со своего удобного матраса, подошёл к мужчине, склонился над ним. Закрыл глаза и вытянул вперёд руку в нескольких сантиметрах от его бессознательного тела. Другая рука покоилась в заднем кармане брюк, теребя сомнительного вида пакетик с порошком, волшебное действие которого было бы запасным вариантом для колдуна, если его основной план вдруг пойдёт не по тому пути.
Одхран Бизер вспоминал то, чему учили его драконы. Как менять реальность так, чтобы в неё поверил даже ты. Колдун сосредоточился на лице мужчины перед ним. Его образ стоял перед ним, изредка моргая голубыми глазами.
Прошло около десяти минут, и Бизер не ощущал никаких изменений в себе. Но он точно знал, что они были. Волшебник подошёл к полуразбитому зеркалу над умывальником, что не мыли с дня основания этого дома, и осторожно взглянул на себя, желая удостовериться в своей правоте.
На него смотрел круглолицый улыбающийся мужчина. Создавалось ощущение, что он только что варил хмельные напитки на пивоварне, а теперь решил податься в политику. В его голубых глазах читалась простая наивность и желание принести людям счастье, сделать их мир лучше. И вдруг его лицо исказила злая усмешка. Бизер схватился за края умывальника и безумно засмеялся, радуясь удавшемуся перевоплощению.
– Ну что ж, добро пожаловать в Андеадлинг, господин Вацлав Карупышек,
Парило неимоверно. Майк распахнул в доме все окна и развалился на диване в удобной позе. Он чистил своё верное оружие – призраколов – сборную конструкцию из множества трубок, ведущих к аппарату со сменными контейнерами для призраков и их плазмы. Капельки пота медленно ползли по лбу, перетекая на щеки, но Майк старался игнорировать неприятную щекотку, чтобы не отвлекаться от дела.
Он думал о работе. Частные вызовы мельчали, да и они уже не были сложными и опасными. Все стало рутинно: найти – поймать – увезти – получить деньги. Призрак был чаще всего один и вовсе не буйный. Уже подступая к крыльцу, Майк всегда знал, что ждёт его внутри дома. Никакой интриги.
И всё же он цеплялся за любой возможный вызов, пусть даже самый скучный, пусть даже зачастую не связанный с призраками, лишь бы иметь себе оправдание, чтобы не лететь на Хандроз.
Весной царь Эдмонд Ланкастер разыскал контакты Майка и позвонил в школу, приглашая разобраться с полтергейстами, населявшими его огромный ледяной замок. Задание было нестандартным, платили за него очень достойно, да ещё и был шанс зазвездиться – всё-таки не каждый день к царю на вызов ездишь.
Но Майк откладывал эту поездку как можно дольше, лишь бы не видеться с той, что бросила его много лет назад, а теперь восседала рядом с врагом его родины. Да, речь о Нэнсуаннете, его матери и новой царице Хандроза.
При мыслях о ней внутри парня что-то перевернулось. Нутро скрутило, словно в болезненном приступе. Но вместо того, чтобы поддаться эмоциям, он ещё глубже просунул щёточку в силиконовую трубку и стал более усердно прочищать конструкцию.
«Надо переключить своё внимание».
В такие моменты ему очень помогала Лулу. Майк до сих пор не мог поверить в то, что у них завязались отношения. Ундина казалась ему идеальной во всех смыслах, ну, разве только что была немного медлительной и не самой умной, на его взгляд. С другой стороны, чтобы быть его девушкой, вовсе не обязательно иметь быструю реакцию и получить нобелевскую премию. В Лулу были и другие качества, которые он, Майк, ценил в девушках.
