– Я отправлю вас обратно в вашу долину, – сквозь зубы проговорила Стейнмунн. – Всех, до единого. Как тогда.
– Ты никак не хочешь понять, что условия изменились, – старик сокрушенно покачал головой. – Нас больше, моя Королева, – он издевательски поклонился, – и мы сильнее.
– Так чего вы хотите-то? – вклинился в беседу Карим, которому надоело ждать. Старик кинул на него недовольный взгляд, пробормотал:
– Жалкий мальчишка, как смеет он прерывать меня?
Старик сделал неуловимое движение, и в сторону Карима полетела маленькая молния. Карим был готов: он вскинул руку, и перстень Далии отразил заряд, направив его обратно в старика. Тот уже смотрел на Стейнмунн, поэтому молния прожгла дыру в его балахоне, а потом он вспыхнул.
Карим обидно рассмеялся:
– Великие Духи, ну надо же!
– Убить их, – приказал старик, кое-как потушил огонь. – Всех людей.
– Хоть бы какое-то разнообразие, – вздохнул Карим, готовясь к бою.
Роун глянул на Стейнмунн: как она? Королева выглядела разгневанной, и даже если парой минут раньше была напугана, то теперь от страха не осталось и следа.
– Чего они хотят? – спросил Роун. Призраки медленно надвигались со всех сторон, закрыв Духов. – К чему все это представление?
– Хозяева Пустоши понимают, что баланс нарушен, – почти задумчиво отозвалась Стейнмунн. – Теперь, чтобы остаться в этом мире, они должны восстановить баланс.
– Баланс… это из-за того, что ты почти умерла?
– Ваше путешествие. То, что вы добрались до замка. Смогли достать цветок. Моя… смерть, – она чуть запнулась, продолжила: – Один из вас потерял свой Дар – но второй обрел. Что-то еще, чего мы не видим. Все это – звенья одной цепи. Цепи, позволявшей Духам хозяйничать в Пустоши. Теперь все иначе.
– И если мы умрем, баланс будет восстановлен?
Стейнмунн кивнула:
– Пустошь получит свою жертву, и весы придут в равновесие.
– Звучит так себе, – заметил Карим. – Роун!
– Что?
– Ты можешь связаться со своими и узнать, как они там? – В голосе Карима звучала едва слышная тоска, и Роун каким-то образом понял: Кариму остро не хватает его Дара и способности чувствовать родных.
Айварс тут же заслонил Роуна собой, давая тому возможность на короткое время выпасть из реальности. Роун растерялся:
– Но я никогда не пробовал…
– Главное – очень сильно захотеть. Представь маму…
Роун глубоко вздохнул и закрыл глаза. Представил маму, стараясь отрешиться от страхов. Позвал ее.
«Мама. Мам, ты здесь? Ответь, пожалуйста»
Он словно парил посреди великого множества звезд – песчинка в огромном мире. Потом его начало притягивать к одному из звездных скоплений, все быстрее и быстрее, и вот Роун уже – не одиночка, а часть скопления.
«Мама!»
«Роун?» – Голос мамы словно прозвучал у него в голове, полный растерянности, недоверия – а потом радости. «Роун!»
«Мам, это я» – Роун с трудом сдержал слезы. «Я теперь Одаренный. Мам, как вы? Что происходит?»
«Роун, какое счастье, что ты жив!»
«Мам, я обязательно вернусь, и мы поговорим. А сейчас расскажи, что у вас там?»
Далия ответила не сразу, и Роун заподозрил, что она тщательно выбирает, что именно рассказать.
«Мама, говори все, как есть. Мне нужно знать правду, чтобы все исправить»
«Мы проигрываем» – В голосе Далии отчетливо прозвучала горечь и страх. «Из-за предательства Каида вторая Завеса пала, так что великаны почти добрались до города»
«А папа?»
«Они с Джинаном ушли, чтобы сразиться с великанами, но еще не вернулись»
«Мам» – Роун прервал ее, чувствуя, что узнал самое важное, и больше не может терять время. «Мам, я вернусь. Береги себя»
«Роун!»
Но он уже вернулся в реальность, оборвав связь, и какое-то время приходил в себя и собирался с мыслями. Айварс, Карим и Стейнмунн уже сражались с призраками, закрыв его собой.
Принять решение оказалось легко – и сложно в то же время. Все, что Стейнмунн рассказала о балансе, о звеньях цепи складывалось в единую картину. Духи одерживали верх, и чтобы изменить это, нужно было дать Пустоши что-то, способное уравновесить положение.
Жизнь? Дар? Что-то еще?
Он с трудом перевел дыхание, закусил губу до боли. Потом опустился на колени и дотронулся ладонью до земли. Не нужно было ничего говорить – Пустошь понимала все без слов и была готова принять жертву.
Карим, словно почувствовав что-то, резко обернулся – как раз когда Роун опускал ладонь. Кратко выругался, подскочил к Роуну и повторил его движение. А потом мир внезапно потемнел – и рассыпался ледяными осколками.
Вангейт проигрывал в сражении. Бьерн не возвращался, вторая Завеса пала благодаря предательству Каида, и защитникам города приходилось туго. Призраки ринулись вперед, за ними спешили гоблины. Ледяные великаны перешли реку.
Далия смотрела вниз, до боли сжимая перила, закусив губу. Бранд и Азиза были рядом с ней, хотя Бранд и рвался в бой.
– Так и наступает конец эпохи, – прошептала Далия. Ледяное воинство входило в город, и некому было помешать этому. Бьерн и Джинан сражались с армией на другом берегу реки. Одаренные умирали в жестоких схватках, и третья Завеса, наспех устанавливаемая то здесь, то там, рвалась.
