Чтобы попасть в прорезь шлема, нужно было остановиться хотя бы на секунду, а это было опасно. Роун каким-то чутьем ощущал, что ему следует использовать магию, а потом уже, когда Терновый король будет повержен на землю, добивать его ударом Огненной иглы.
– Он нас вымотает, – проговорил Карим, и Айварс мрачно кивнул:
– Надо придумать что-то.
Терновый король был против того, чтобы против него кто-то что-то придумывал, и замахнулся мечом, наклонившись к земле. Чтобы уйти от удара, Айварсу и Кариму пришлось высоко подпрыгнуть… и вот тут король распорол воздух кулаком второй руки.
Роун, который в этот момент оказался за спиной короля, с ужасом и гневом увидел, как Айварс безжизненной куклой валится на лед, а Карим изворачивается прямо в воздухе и едва успевает опуститься на одно колено.
Ощущая бессильный гнев, он крикнул:
– Я твой противник, так повернись ко мне!
Роун разбежался, подскочил к ноге короля и забрался ему на спину. А затем, повинуясь чутью, бросил Огненную иглу Кариму, а сам активировал Дар в полную силу и обеими руками схватился за виски противника. Тот неожиданно взревел и попытался стащить человека со своей спины.
Но Карим успел первым.
Он подхватил меч поудобнее, обеими руками, и не успел еще Терновый король упасть на колени, сжигаемый болью, как Карим нанес ему сильный удар в сердце.
Ряды призраков всколыхнулись единой волной, словно пораженные болью. Роун, ошеломленный тем жаром, что опалял его руки и лицо, едва не ослепший от ослепительного сияния, упрямо продолжал прижимать ладони к вискам Тернового короля, даже когда тот рухнул набок, едва не похоронив под собой и принца. И только когда Карим положил руку ему на плечо и устало выдохнул:
– Мы его сделали, – Роун, наконец, осмелился открыть глаза и посмотреть вокруг.
Реальность потрясла его. Терновый король, самый грозный противник в Пустоши, лежал без движения, а его собственные руки все еще горели. Карим выглядел совершенно обессиленным, но помог ему спуститься на землю и заметил:
– Вот примерно так я себя и чувствовал. Но ты не беспокойся: так всегда бывает в самом начале.
Роун бестолково закивал, и тут заметил Айварса.
– Айварс! – Он, пошатываясь, побрел туда, где лежал верный командир, по пути вспомнив и Стейнмунн.
Мысли путались: они с Каримом прошли через такое, что и не снилось большинству. Теперь нужно было добраться до дома.
Дом… что-то там сейчас происходит?
Стейнмунн, к его удивлению и радости, уже пришла в себя, сидела на земле и даже, кажется, видела окончание поединка. Когда Роун, прихрамывая, дошел до нее, Королева подняла голову и одно мгновение смотрела на него ищущим, тоскливым взглядом. И этот взгляд настолько совпадал с ощущениями Роуна в тот момент, что принц едва не задохнулся. Но сразу же ее взгляд стал презрительно-равнодушным.
Он остановился рядом с ней, устало улыбнулся:
– Почти выбрались…
Стейнмунн медленно оглядела ряды призраков, что их окружали и неожиданно усмехнулась:
– Трусливые порождения Пустоши, – произнесла она нараспев, поднимаясь на ноги. Роун помог ей. – Вечные рабы Духов, у которых не было смелости ни при жизни, ни после смерти. Что вы будете делать теперь, когда ваш король повержен?
– Может, не надо их провоцировать? – тихо заметил Карим. Роун пожал плечами. Он не понимал, чего Стейнмунн добивается – и на чьей она вообще стороне.
Айварс хранил мрачное молчание, не отходя от Роуна. На Королеву он не смотрел, словно та была каким-то отвратительным слизняком, не стоящим внимания.
Воинство Тернового короля заволновалось; кто-то из призрачных воинов выступил вперед с оружием наготове, другие, напротив, отступали. Стейнмунн засмеялась пронзительным смехом:
– Вы можете считать себя всесильными, но без повелителя вы ничего не стоите!
– Стейнмунн… – начал Роун встревоженно. Королева не обратила на него ни малейшего внимания и шагнула вперед, обозревая ряды призраков высокомерным взглядом.
– Уходите, – приказала она, и ее голос далеко разнесся в наступившей тишине. – Уходите в долину, где ваши хозяева и по сей день зализывают раны, и не смейте возвращаться. Таков мой приказ.
Раздался чей-то скрипучий смех. Карим нахмурился, Роун недоуменно огляделся. Стейнмунн выглядела самую чуточку обеспокоенной.
Из круга призраков вышел, хромая и опираясь на кривой посох, седой старик в балахоне. Он засмеялся снова, глядя на Стейнмунн, и произнес издевательским тоном:
– Такого ты о нас мнения, а, Стейнмунн? Думала, мы настолько слабы, что не сможем вернуть свою силу? Или что мы настолько глупы, что позволим тебе и дальше править Пустошью?
– Ты – всего лишь осколок прошлого, – процедила Стейнмунн ненавидяще. Роун стоял совсем близко к ней, почти касаясь ее плеча своим, и почувствовал, как подрагивает ее рука. – Прошлое не страшит меня.
– А как насчет будущего? – поинтересовался второй странный гость, появляясь справа. На сей раз это был крепкий бородатый мужчина средних лет в роскошной одежде. Стейнмунн сжала губы. – Маленькая принцесса, что возжелала абсолютной власти, но никогда не умела смотреть в будущее достаточно пристально.
