— Как вы храбры, господин Оливье, сломали свой меч и щит, тогда как у меня в руках меч, который никогда не может сломаться. Я племянник императора Франции, и если бы я теперь вас ранил или убил, то покрыл бы себя несмываемым позором за то, что напал на безоружного. Ступайте же скорей за мечом и захватите также бутылку вина или кларета, так как мне очень хочется пить.
Оливье, услышав эту речь, поблагодарил его.
— Господин Роланд, я вам очень признателен. Если вы немного отдохнете здесь, то я схожу и переговорю с перевозчиком, который привез меня сюда, чтобы он принес мне новое вооружение.
— Как вам будет угодно, — ответил Роланд.
После этого Оливье поспешил к берегу и стал звать перевозчика, и когда тот подъехал, он ему сказал:
— Слушай внимательно меня! Иди скорей в Виану и там скажи моему дяде, что у меня сломался меч и чтобы он сейчас же прислал мне новый, а я за это уж постараюсь с Божьей помощью одержать победу и выручить его из беды. Пусть он также пришлет бутылку вина или кларета, так как Роланду очень хочется пить.
— Все будет, сударь, исполнено, как вы приказываете, — ответил перевозчик и вскочил в свое судно.
Он живо переправился на другой берег и бегом отправился по направлению к Виане, как приказывал ему Оливье, которого он сам хотел выручить из беды. Войдя во дворец, он прямо обратился к герцогу:
— Ради Бога, — проговорил он, — господин Оливье приказал передать вам, сударь, чтобы вы помогли ему в его беде, так как у него сломался меч. Пошлите же ему другой как можно скорей и вместе с тем бутылку вина или кларета, так как Роланд, племянник императора, очень хочет пить.
— Все будет сделано, — ответил Гергард и немало дивился на геройство и великодушие племянника короля.
Герцог не замедлил ответить мужественному перевозчику.
— Друг, — сказал он, — спаси тебя Господь от беды! Неси скорей помощь отважному Оливье! Вот ключ, спустись в погреб и выбери вина, какого хочешь; возьми также и эти два меча: один принадлежит мне, другой — Ренье, отцу Оливье.
— Охотно исполню ваше повеление, — ответил посланец.
Весь этот разговор подслушал Иоахим, еврей, снабдивший Оливье оружием, и, боясь, как бы ему не попасть в ответ, поспешил обратно в свой дом, где отыскал другой чудесный меч, хранившийся у него сотни лет и принадлежавший знаменитому рыцарю Клозаманту, который потерял его в лесу близ Рима в той страшной битве, когда его умертвил Мокон Вальфондейский. Рыцарь упал с разрубленной головой, а меч вывалился у него из ножен и затерялся в густой траве. Спустя долгое время его нашли во время сенокоса крестьяне из окрестной деревни и отнесли его папе римскому. Тот обратил внимание на его богатую отделку и, кроме того, из надписи, вырезанной на нем, узнал, что называется меч Альтеклэр и что он изготовлен в Риме, а сковал его известный мастер Монификан. Папа приказал очистить его и приложить к другим своим сокровищам. Пипин Французский получил его в дар, когда короновался в Риме. Бевонский герцог отдал его в виде платы, от герцога впоследствии получил его Иоахим. С тех пор о мече никто больше ничего не слышал до того дня, пока еврей не узнал, что данное им Оливье оружие все сломалось.
Этот добрый еврей передал блестящий стальной меч герцогу Гергарду, а вместе с ним вино и золотой кубок. Сейчас же был снаряжен паж, который и повез все эти вещи на берег, где его уже ждал бравый перевозчик. Граф Оливье вышел ему навстречу, взял меч и, налив вино в золотой кубок, подал его Роланду, который так хотел утолить жажду. Паж, видя, что благородный рыцарь Роланд закинул назад голову, захотел изменнически помочь своему господину и обнажил меч, готовясь нанести удар. Заметив то, Оливье бросился на пажа и нанес ему такой жестокий удар кулаком, от которого тот как подкошенный свалился на землю.
— Собачий сын, — воскликнул Оливье, — ты этим поступком лишился всей моей любви! Завтра же чтобы тебя не было у меня во дворце: иди куда хочешь и ищи себе приют у других господ.
Когда Роланд утолил свою жажду, он обратился к Оливье:
— Оставим разговор об этом негодяе. Если бы я был убит, вся Франция очутилась бы в нужде и все бароны с королем во главе пожалели бы обо мне. Беритесь же за оружие, еще сегодня должен Гергард затрепетать при нашем входе в город.
— Пустую болтовню опять приходится мне слышать, — ответил Оливье. — Во всем я полагаюсь на Бога да на свое оружие, с помощью которого надеюсь отстоять интересы дяди.
Оба рыцаря схватились за мечи, и Роланд, взмахнув Дурандалем, ударил в шлем своего противника и рассек его до нижнего ободка, но Бог не допустил погибнуть герою, и меч, соскользнув налево, ударился об щит, разбил его и врезался глубоко в землю. Вся кровь вскипела в сердце Оливье.
— Да спасет меня Бог! — воскликнул он. — Я вижу по удару, что это далеко не шутка!
Он замахнулся Альтеклэром и нанес в свою очередь удар Роланду в шлем. Шлем разбился, но меч, соскользнув налево, попал в щит и, расщепив его, врезался в землю. Не встать бы Роланду от этого удара, если бы его не защитил Господь.
— Ого, — сказал Роланд, — я вижу, ты не жалеешь своих ударов.
