Так, через три месяца после вступления Петра Ивановича в должность, 20 июня 1963 г., в Стокгольме по дороге на работу был арестован военный советник министра иностранных дел Швеции Стиг Веннестрем.
Это был серьезный провал, который, как всегда в подобных случаях, сопровождался развертыванием шумной антисоветской пропагандистской кампании: уже на следующий день ведущие газеты страны сообщили о высылке первого секретаря и военного атташе посольства СССР в Швеции, предположительно «работавших» с арестованным чиновником.
Ранее 66-летний полковник Веннестрем, сотрудничавший с советской военной разведкой с 1948 г. (оперативный псевдоним «Орел»), был начальником военно-воздушной секции Командной экспедиции Министерства обороны Швеции. Благодаря Веннестрему Советский Союз многое знал не только о шведских вооруженных силах, но и об их тесном сотрудничестве со спецслужбами США и Великобритании, о месте и роли Швеции в стратегических и тактических планах НАТО.
Не могло не взволновать начальника ГРУ и прекращение в августе 1963 г. связи с агентом-нелегалом в Нью-Йорке «Мейси» после передачи ему приказа об экстренной эвакуации. Ранее от него поступала ценная информация, в том числе и во время Карибского кризиса. Однако судьба «Мейси» станет известна в ГРУ только через 23 года.
А под этим псевдонимом даже в центре военной разведки лишь немногие знали замечательного человека, мужественную женщину – Марию Дмитриевну Доброву (1907–1963). На ее долю выпало участие в боевых действиях в Испании 1936–1937 гг., в обороне Ленинграда в 1941–1944 гг. В 1956 г. по линии ГРУ Мария Дмитриевна была направлена в спецкомандировку нелегалом в США. В начале 1963 г. «Мейси» была выдана агентом ФБР «Цилиндр» (Д. Поляковым). Спасаясь от неминуемого ареста ФБР, покончила жизнь самоубийством в отеле в Чикаго.
С разрешения министра обороны и начальника Генерального штаба в первый же год нахождения на новой должности П. И. Ивашутин совершил поездку в Республику Куба, с военным руководством которой им было заключено соглашение о развертывание здесь станции технической разведки «Тростник», ставшей предшественницей впоследствии всемирно известной советской базы электронной разведки в Западном полушарии Лурдес.
25 февраля 1964 г. заместитель министра обороны и начальник Генерального штаба СССР С. С. Бирюзов направил Н. С. Хрущеву доклад, в котором, в частности, подчеркивалось следующее:
«… ГРУ удалось получить доступ и добыть большое количество совершенно секретных документов особой важности. В целом, полученные в период одного года сведения, позволили вскрыть и подтвердить некоторые особо важные данные по вопросу подготовки вооруженных сил США и НАТО к применению ракетно-ядерного оружия на Европейском театре войны».
Избрание 14 октября 1964 г. на Пленуме ЦК КПСС Первым секретарем ЦК пятидесятивосьмилетнего Леонида Ильича Брежнева в армейской среде, которой он был хорошо известен, было воспринято положительно. В годы Великой Отечественной Брежнев служил в политорганах действующей армии, звание генерал-майора ему было присвоено 2 ноября 1944 г. В 1953–1954 гг. в звании генерал-лейтенанта Брежнев служил заместителем начальника Политуправления Министерства обороны СССР, а в 1957–1960 гг. был Секретарем ЦК КПСС по оборонной промышленности.
Петру Ивановичу еще в годы Великой Отечественной войны приходилось неоднократно встречаться с заместителем начальника политуправления Черноморской группы войск, тогда еще полковником, Л. И. Брежневым в 1942–1943 гг., а также с первым секретарем ЦК Компартии Казахстана Л. И. Брежневым в период начала строительства космодрома Байконур в 1955–1957 гг. и последующие годы.
Помимо общения с начальниками управлений центрального аппарата военной разведки, начальниками подчиненных частей, Петр Иванович ввел в практику вызов на беседы и непосредственных исполнителей отдельных особо ответственных заданий, а также офицеров, убывавших в заграничные командировки.
Закономерным было также и общение начальника ГРУ с кураторами отдельных сфер государственного управления страной, советскими послами, особенно в странах НАТО и в других регионах с напряженной военно-политической обстановкой.
Говоря о многоплановой деятельности Петра Ивановича Ивашутина, нельзя не упомянуть и о начатом по его настоянию строительстве нового комплекса зданий для Центрального аппарата ГРУ в Москве, которое оказалось крайне своевременным. Некоторую пикантность ситуации придавал тот факт, что возводимый объект располагался недалеко от Тушинского аэродрома, так хорошо знакомого и памятного военлету Ивашутину по его военной службе в Московском военном округе.
Следует отметить и то, что параллельно Петр Иванович сумел решить вопрос об улучшении жилищных условий сотрудников управления, добившись также строительства ряда многоквартирных домов поблизости от нового объекта. Помимо всего прочего, это обстоятельство существенно повышало мобилизационную готовность личного состава управления.
