Глухое проклятие Джармона потонуло в визге и скрежете огненных демонов, рвущихся на волю после долгого заточения.
Ухватившись за кольцо, оба солдата стали тянуть дверь на себя. Им удалось закрыть ее, но не до конца: рыбак заклинил ее своим телом, усевшись верхом на пороге.
— Уйди, дурак! — Джармон хотел оттащить старика и взвыл от боли, когда тот мертвой хваткой вцепился в его руку.
Лицо старика, ставшее почти прозрачным, выражало неприкрытый восторг. Над хищным оскалом улыбки сверкали темные глаза, обведенные кроваво-красными кольцами.
— Это обо мне предупреждали вас ветры, сэр Гектор, — сказал он тихо. — О моем приближении.
— Нет, — прохрипел Гектор. — Ты... ты...
Демон в образе старика недовольно пощелкал языком, что противоречило его веселой улыбке.
— Ну-ну, сэр Гектор, — с преувеличенной учтивостью произнес он. — Это исторический момент, его следует ощутить во всей полноте! Не будем портить его упреками.
Он отпустил руку Джармона, и солдаты снова ухватились за дверь, но ф’дор не уступал, и сила его возрастала с каждым мгновением. Гектор тянул что есть мочи, но только ободрал кожу со своих потных ладоней.
Джармон, отступив, выхватил меч, но Бранн щелкнул пальцами. Темное пламя, зажженное им, пробежало по клинку, и меч расплавился в руке Джармона. Гвардеец с криком упал на песок.
— Скипетр... — выговорил Гектор.
— Не помог тебе отличить правду от лжи? — охотно поддержал разговор демон, следя, как приближаются к двери его соплеменники. — Но ведь я говорил вам чистую правду. Мой народ в самом деле целую вечность прожил на краю моря, и телом мы немощны, хотя духом сильны. Одни, без помощи, мы никогда не открыли бы эту дверь. Правда и то, что никто из нас и думать не смел бы притронуться к скипетру: Живой Камень, увенчанный алмазом, для нас верная смерть. Вот почему нам нужен был ты, и мы благодарны тебе за услугу.
— Священная земля, — прошептал Гектор, без всякой пользы дергая дверь и сопротивляясь голосам демонов, вопящим у него в голове. — Гостиница стоит на священной земле...
— Так ведь я не входил в нее. И во дворец тоже, если помнишь. Вы встретились со мной на перекрестке дорог и оставили меня у подножия замка. Очень любезно с вашей стороны, — засмеялся демон. — То, что я рассказывал вам о себе, тоже правда. Мне представился случай покинуть родину — давным-давно, во время первого катаклизма, когда звезда в первый раз проломила Палаты. Многим из нас удалось уйти, прежде чем склеп запечатали снова, и все эти века за нами охотились, вынуждая переходить из одного тела в другое. Мы скрывались и выжидали, но теперь мы снова выйдем на свет — благодаря тебе, сэр Гектор. Ты стремился спасти от катастрофы все, что только возможно, и в итоге вывел из плена целый народ! Мало того, что ты освободил нас из заточения — теперь наш повелитель, который долго следил за дверью в ожидании этого дня, займет твое тело! Что может быть поучительнее подобной развязки!
Огонь в глазах демона пылал не менее ярко, чем в небе.
— Когда старый рыбак подплыл в своей лодчонке посмотреть, что такое открылось на дне отступившего моря, я, не имеющий формы, подкараулил его. Я, как и сказал, сразу вернулся домой, услышав о Пробуждении. Я, конечно, предпочел бы более молодое и сильное тело, — вздохнул демон, — но в дни стихийных бедствий надо брать первое, что попадется. Замечательная вещь правда, не так ли? Надо лишь уметь говорить ее так, чтобы каждый толковал, как удобно ему.
Наконец я сказал, что мы будем вечно благодарны тебе, сэр рыцарь, и мы благодарны. Вечно.
Джармон, пошатываясь, поднялся на ноги, посмотрел Гектору в глаза и тихо сказал:
— Открой дверь, Гектор.
Эти слова прозвучали ясно среди хаоса, царящего в голове Гектора. Рыцарь сузил глаза и тут же широко распахнул их. Он понял.
Собрав последние силы, он налег на правую створку дверей и открыл ее еще шире, чем прежде. Голова у него буквально разламывалась от бешеного визга демонской орды, подступившей уже совсем близко. Он пытался отвести глаза от ужаса этого зрелища, но помимо воли Продолжал смотреть на поток черного огня, несущийся к выходу из тюрьмы.
В тот же миг Джармон бросился на Бранна и обхватил его руками. Хилое демоново тело не устояло перед натиском, и оба влетели через порог в Палаты.
Это позволило Гектору закрыть громадную дверь как раз вовремя, не дав ф’дорам, сидевшим в заточении с Первого Века, выйти в материальный мир.
Он вынул ключ из замка и зашвырнул его далеко назад. Затем продел руки в медные кольца и напряг все свои мышцы на то время, пока сверкающие створки не потемнели, вновь превратившись в безжизненный камень.
Ум его мутился от воплей, которые он слышал и чувствовал по ту сторону этих дверей. Демоны колотили в них изнутри, сотрясая его тело. Он нагнул голову, сдерживая их напор и пытаясь хоть немного заглушить ужасающие звуки. Ему казалось, что среди них он различает Голос Джармона, выдающий нестерпимые муки, телесные и душевные.
Пока он прижимался всем телом к камню, жгущему грудь и лицо, небо над ним сделалось белым.
