Большой маршрут: 12 городов, 15 дней. Автобус подбирает меня на Ленинском проспекте по дороге в аэропорт. Я захожу, сидят “Блестящие” (полный самолет звезд и друзей, молодежи), и на первом кресле, сбоку от водителя, сидит Юрий Михайлович Антонов, которого я в первый раз в жизни вижу в глаза (вот так – метр на метр). Его концерты ежегодно (Юрий Антонов – кумир детства) посещал систематически в Сочи. Сидит Юрий Михайлович Антонов. Я его вижу и теряю дар речи, потому что мы только начали, мы только стали звездочками. Я теряю дар речи и говорю: “Михаил Юрьевич, здравствуйте! Я ваш кумир!” Потом – раз: “Ой, простите. Вы мой фанат!” И тут Юрия Михайловича переклинило. Он не оценил. Его переклинило, и потом организаторы делали все, чтобы ближайшие 15 дней гастролей мы с ним не пересекались. То есть разные автобусы, разные входы на стадион и так далее».
Забавная история у Андрея и про то, что Ваня Ургант когда-то работал барменом и отчасти именно с подачи «Рыжего» пошел «в большое плавание» по волнам ТВ-эфира.
Впрочем, «песня совсем не о том» (©).
Самая удивительная штука связана с «Полем чудес».
Ну, может, для меня «самая удивительная». Мы с Ларисой Кривцовой тогда работали над фильмом о Владе Листьеве. Поэтому я спрашивал про Влада всех, кто с ним так или иначе был знаком. И Григорьев-Апполонов удивил меня рассказом про то, что Листьев пытался рекрутировать его на место… ведущего «Поля чудес»!
Я знал, конечно, что Влад изначально пытался соскочить с отчасти клоунского места рядом с барабаном, который был сделан его же собственными руками, но то, что до Якубовича он пытался затащить на кастинг «Рыжего», я не знал. Думаю, это было бы совсем иное «капитал-шоу». И Андрей с его темпераментом не смог бы продержаться в эфире те два тысячелетия, которые тянет «Аркадич», как будто бы рожденный для фразы «Есть такая буква в этом слове». Есть такие люди в нашем шоу-бизнесе. И каждый, похоже, на своем месте.
А тот наш разговор о Цое с Градским меня таки озадачил. И, беседуя с рок-легендами, я к нему часто возвращался. Приведу фрагмент нашей беседы со строителем «Калинова моста» Дмитрием Ревякиным.
– Миф гласит: Ревякин не идет на контакт с журналистами.
– Я могу сказать, что, когда, как это сказать-то, удается такой момент, что, например, я или «Калинов мост» оказался на телевидении, я это воспринимаю, как чудо.
– Да? То есть сейчас мы все свидетели чуда. Да вы приходите к нам почаще и чудес будет больше.
– Но это уже не будет чудом.
– Это правильно, кстати, да, вот вы сейчас продемонстрировали способность к логическим конструкциям очень оперативно. Ну, то есть у вас же на самом деле, давайте без кокетства, должно быть какое-то объяснение, почему вас, как вы считаете, не часто зовут на ТВ. Хотя я всегда считал, что это как бы не надо, что это такая позиция. И что вы сами не идете на контакт.
– Ну, объяснение здесь может быть только одно. Что в медиапространстве, кто этим пространством рулит. Им это неинтересно, им это не нужно.
– То есть это заговор против Ревякина?
– Ну, можно сказать, что это заговор. То есть уйти в сторону конспирологии. И там уже начать эту тему развивать. А можно отнестись проще, как я. Им это просто непонятно, неинтересно. И они лучше пригласят, ну, там, не знаю, Градского, например, который им все объяснит.
– Вот это да! Вот вы сейчас прямо раз и по Градскому проехались. Кстати, с Градским мне прямо в этой же студии приходилось биться очень жестко в день юбилея Виктора Цоя, 50-летия Виктора Цоя. У Градского такой тезис: главное в музыке все-таки профессионализм. Вот главное – не посыл, как вы говорите, а вот там количество октав, умение выстраивать гармонии, понимание, что такое слабая доля, бла-бла-бла. Что это гораздо важнее. Вот вы меня поддерживаете в том, что в рок-музыке важнее все-таки не профессиональная составляющая, она не самая главная? Мик Джаггер или тот же Джим Моррисон, они же вообще петь-то, ну, прямо скажем, не умеют.
– Ну, это ладно. Это я не согласен с вами. А что касается, профессионализм или посыл, то я всегда склонялся, что и профессионализм, и посыл.
– Ну, что-то всегда ведь должно…
– Превалировать?
– Да.
– Но в рок-музыке, я думаю, все-таки посыл должен превалировать. Но профессионализм никто не отменял. И это просто будет глупо, если будет посыл, а подано будет бездарно, неинтересно, немузыкально.
– Ну, хорошо. Тогда привлеку вас в качестве третейского судьи: с персональной точки зрения Дмитрия Ревякина, кто больше отпечатал отечественную культуру (мы не говорим сейчас ни про рок-музыку, ни про музыку вообще, мы говорим про масскульт) – Александр Градский или Виктор Цой?
– Цой, конечно. И что тут можно обсуждать вообще?
– Нет. Ну, поверьте, что можно обсуждать, поверьте, что дискуссии вокруг этого разговора достаточно бурные.
