– С какой стати мне радоваться?
– Лейн, любимый, что с тобой? – Элна испуганно смотрела на юношу. Совсем недавно он называл ее своей царицей.
– Со мной – ничего. Отпусти меня к ней.
– К кому?!
– Не притворяйся. И знай – силой любить не заставишь.
– Ты же совсем недавно называл меня своей единственной, своей царицей…
– У меня есть царица, и другой мне не надо, – и Лейн отвернулся.
– Что с тобой, Лейн? – и Элна заплакала.
Старх взял ее за руку, отвел в сторону.
– Видишь, красавица, я был прав. Если его освободить – он уйдет. Уйдет к ней.
Элна плакала, Старх вытирал ей глаза, гладил волосы.
– Не плачь, милая, он не стоит твоих слез. – Старх взял ее за руку, заглянул в глаза. – Давай его отпустим. Ты уже убедилась – он не любит тебя. Теперь его можно и отпустить. Пусть идет, а? Развяжем руки, дадим воина в проводники…
– Нет, никогда!.. Я не верю… Это неправда!.. – Элна всхлипывала, размазывая слезы по щекам. Потом она вдруг перестала плакать, резко повернулась.
– Я знаю! Она заколдовала его! Но я найду способ расколдовать. Он меня, меня любит!.. – и она снова заплакала.
– Это я тебя люблю, красавица, а он – нет. – Старх взял Элну за плечи, повернул к себе. Ему надоело притворяться и сюсюкать. Он все больше распалялся и перешел на крик. – Неужели ты до сих пор этого не поняла!? Я готов пожертвовать для тебя всем – домом, властью, силой, черт возьми, ведь если я выйду с тобой на солнечный свет, я потеряю все свои способности, свою волшебную силу, стану подобным этим безмозглым созданиям, этим никчемным людишкам, я – Эволк!
Видя, с каким испугом Элна смотрит на него, Старх взял себя в руки и стал говорить спокойнее.
– Элна, послушай, давай вернемся в мой город. Я уничтожу и царицу, и ее приближенных. Я сделаю царицей тебя. Я заставлю всех целовать следы твоих ног. Я велю убить любого, кто посмеет косо взглянуть на тебя! Я покорю соседние племена, и они все будут лежать у твоих ног, и ты сможешь казнить любого, кто тебе не понравится.
В наших руках будут судьбы к жизни всех этих существ, гордо именующих себя людьми. Даже великие Эволки будут склоняться перед тобой, ибо ты будешь принадлежать мне – величайшему из них! Соглашайся же, и ты станешь женой властителя всего подземного мира!
Старх говорил и говорил, но Элна не слушала его. Ей стало страшно. В каждом слове Старха сквозила смерть. Казнить, убивать, властвовать. Страшный человек этот Старх! И Элна всецело в его власти. Скорее, скорее на солнечный свет, туда, где Старх не будет властен над ней, над Лейном, над Росинкой!
– Как я могу знать, что ты не обманываешь меня? – перебила она восторженную речь Старха. – Я вернусь, а ты сделаешь меня своей рабыней.
– О прекраснейшая! Если бы я хотел, я давно сделал бы тебя своей рабыней. Но я хочу, чтобы ты сама полюбила меня. Но если ты откажешь, мне придется отнять у тебя волю, разум, придется заставить покориться мне силой.
«Вот-вот, – подумала Элна. – Я и раньше боялась этого. Сразиться с тобой у меня не хватит сил – вмиг одурманишь, сделаешь безвольной и послушной куклой. Что ж, попробую хитростью…»
– Ну вот, ты все испортил. Так красиво начал говорить и так плохо закончил, – Элна надула губки и сделала обиженный вид. – Приказать полюбить нельзя, но можно завоевать любовь. И ты почти уже этого добился. Но у меня есть одно условие.
– Хоть десять! Я исполню все, что ты захочешь, о, прекрасная! – обрадовался Старх.
– Моя дочь рождена на земле и нигде больше жить не сможет. Ее надо вынести на солнце. И надо, чтобы кто-то заботился о ней.
– И не думай, я тебя не отпущу! – быстро проговорил Старх.
– Я об этом и не говорю. С Росинкой должен отправиться Лейн. А я останусь с тобой, – и Элна вздохнула.
– Не вздыхай так горько, о прекраснейшая. Пока сильна моя любовь, ты ни в чем не будешь знать недостатка, ты будешь иметь все, что пожелаешь… Итак, мы возвращаемся!
– А дочь?!
– Ее Лейн как-нибудь и сам донесет.
– Нет! Я должна увидеть собственными глазами, что они в безопасности. – Элна взглянула на Старха такими глазами, что тот решил не спорить и выполнить желание женщины.
Еще три дня они шли по подземным коридорам. Лейн сам, да еще с ребенком на руках никогда не нашел бы выхода из такого лабиринта. Элна шла за Стархом, улыбалась ему, а сама все ломала голову – как же ей спастись самой и спасти дорогих ей людей.
Наконец где-то вдалеке показался круглое отверстие, сквозь которое виднелось голубое небо. Элна лихорадочно соображала, как же ей избавиться от Старха, но ей ничего не приходило в голову.
– Все! Дальше он и сам дойдет, стражникам дальше нельзя, они же простые дети тьмы, растают. Ты довольна?
– Но ведь Лейн не в себе, как он сможет ухаживать за моей девочкой? – в отчаянье спросила Элна. – Я не смогу быть спокойна, и счастлива, если буду думать, что моя девочка погибла.
– Не волнуйся, как только он выйдет на солнечней свет, он придет в себя, – ухмыльнулся Старх.
«И снова обман, – подумала Элна. – Значит, странное поведение Лейна тоже дело рук Старха».
А вслух сказала:
