Через северные Фламиниевые ворота отряды вышли за городскую черту и повернули налево, к пристани Тибра. Здесь их дожидались убранные цветными штандартами грузовые барки. Без суеты и спешки когорты погрузились на суда, и флотилия отплыла вверх по Тибру. Спустя трое суток император и его гвардия сели на корабли эскадры Равенского флота в Анконе и пошли в порт Салоны, на Балканском побережье. По прибытии на землю Далмации и Иллирика Траян дал воинам сутки отдыха, а затем форсированным маршем повел кратчайшим путем в Верхнюю Мезию. В пути принцепс широким шагом шел впереди солдат, не зная усталости. На привалах выставлял караулы и сам заколачивал колья палатки. Адриан и его товарищи, ничему не удивляясь, натягивали веревки креплений.
Недалеко от Виминация встретили верховой патруль конной фракийской алы. Загорелые, в добротных начищенных катафрактах одрисы[165] по всем правилам оцепили когорты с трех сторон и выслали двух дозорных.
Траян одобрительно следил за их действиями.
– Ну что ж, война уже началась, – загадочно сказал он.
Предводитель патруля был римлянин.
– Кто вы? – крикнул декурион, занося руку с дротиком.
– Император Траян с когортами преторианской гвардии! – сложив рупором ладони, отвечал трибун претория.
– Пароль!
– Беллона! Отзыв!
– Сильван! Можете идти!
Принцепс выступил вперед:
– Декурион! Приказываю приблизиться! Я – Траян!
Всадник хлестнул мохнатого сарматского коня.
– Слушаю, Величайший!
– Твое имя! Срок и место службы!
– Домиций Януарий! Родом из Капуи, Аквилиевой трибы. Место службы IV Флавиев легион. В настоящее время командир, вспомогательной фракийской конной алы при легионе.
– Говоришь по-фракийски?
– Да, Величайший!
– Как далеко до Виминация?
– Пять миль до поворота. Там вас остановит второй пост!
– Я спросил все расстояние, Домиций Януарий!
– На это ответит декурион второго поста, мой император!
– Ты не подчиняешься своему принцепсу?
– Я подчиняюсь войне и приказам легата IV Флавиева легиона. Прошу прощения, но император еще не во главе армии и не в Виминации!
Траян с неподдельным восхищением оглядел старого солдата.
– Ты достоин награды, Домиций! Благодарю за службу! Можешь идти!
– Слава! – ответил кавалерист и, развернув лошадь, помчался к своим.
В конной свите Светоний толкнул коленом Адриана.
– Публий! Мы выиграем войну. Я понял это, когда слушал ответы Януария.
Когорты сделали поворот направо и, утрамбовывая подсыхающую, по-весеннему еще сырую гладь грунтовой дороги, тронулись дальше. На высокой пике колыхался личный значок Траяна.
Легионы шли за Дунай. По двум понтонным мостам, составленным из лодок, тюков камыша, бревен, под охраной боевых кораблей Мезийского флота римская армия переправлялась на дакийский берег. На противоположном конце, на земле варварской Дакии, переправы оберегали временные полевые укрепления, воздвигнутые второй когортой VII Клавдиева легиона.
Траян на флагманском корабле Дунайской флотилии «Беллона» курсировал между качавшимися на волнах плавучими мостами. Оценивал состояние войск, чистоту оружия, выправку. Многих из командиров или рядовых узнавал в лицо, перебрасывался словами. Поплыли значки когорт II Помощника. Солдаты, завидев стоящего на палубе императора, прямее вскидывали копья, расправляли плечи.
– Север! – крикнул принцепс легату, ведшему коня в поводу впереди. Лошадь испуганно косила глазом на воду, перехлестывающую поверх настила.
– Да, Величайший!
– Твои центурии в отличном состоянии! Желаю к тому наручному отличию, что я вручил тебе в Аквинке, прибавить золотой венок!
– Оправдаю доверие принцепса!
– А где мой тезка? Молодой Марк Барбий Тициан?
– Ведет манипул сзади!
Поравнявшись с либурном, легионеры вздымали оружие:
– Ave imperator Trayan.
– Ave legio II Adiutrix![166]
Пошли когорты гастатов второй линии. Молодой центурион шагал во главе подразделения, сняв шлем и подставив щеки нежному весеннему солнцу.
– Как дела, Марк?! – окликнул юношу Траян.
Сотник, опомнившись, мгновенно водрузил каску на место.
– Мои дела – дела моего цезаря!
– Каковы наши шансы, Марк?
Гастаты с интересом прислушивались к разговору властелина с рядовым центурионом.
– Все сто – наши, Божественный! У Децебала нет ни одного. Мы победим!
– Почему?
– С нами Траян! У даков его нет!
– Благодарю, Тициан. Как поживает мой кельтский кинжал?
– Он день и ночь просит варварской крови, Величайший!
– Что ж, удовлетворим его просьбу!
– Vale!
Пятнадцать полных легионов со всеми приданными им вспомогательными пехотными когортами, кавалерийскими алами, отрядами метательных машин, осадными орудиями и провиантскими командами два дня и две ночи безостановочно переходили полноводный Дунай. Такого количества войск империя не бросала против врага со времен гражданских войн Октавиана Августа. Ударный костяк армии составляли испытанные в многочисленных стычках и сражениях на рейнском и дунайском лимесах VII Клавдиев, XI Клавдиев, V Македонский, IV Скифский, IV Флавиев, I Италийский, XIII Сдвоенный, XV Аполлонов легионы.
