Траян приблизился к столу и сделал знак всем присутствующим сесть. Песочные часы, вделанные в подставку, за которой стоял бронзовый бюст Божественного Нервы, показывали – одиннадцать часов вечера.
На этот раз на совещании императора из членов Совета принцепса присутствовали только люди, имеющие отношение к армии. Гай Луций Лициний Сура, Квинт Публий Глитий Агрикола, Гай Миниций Итал, Авидий Нигрин, Публий Элий Адриан. Среди сидящих в креслах полукругом сподвижников цезаря загорелостью лиц и побитостью рук выделялись трое. Начальник отдельного отряда галльской и мавретанской конницы нумидиец Лузий Квиент, командующий легионами рейнского лимеса Авл Корнелий Пальма и командующий Мезийским Флавиевым Флотом Гай Аттий Непот. Отдельно помещались двое. Наместник Нижней Мезии Марк Лаберий Максим и бывший при Домициане консулом Теттий Юлиан. Из всех присутствующих только они были одеты в шерстяные зимние тоги, остальные пришли в туниках и плащах дорожного типа.
– Итак, почтенные гости, – начал Траян без приветствий и предисловий, – я собрал вас затем, чтобы заявить: весной следующего года империя вступит в войну с даками. Для меня, как и для каждого из вас, ясно одно – положение, сложившееся на границе с царством Децебала, в том виде, в котором оно существует, долго продолжаться не может. По донесениям нашей разведки из Варварской Дакии стало известно, что варвары готовятся к войне. Децебал заключил договоры с вождями сарматов, роксоланов и бастарнов. В Верхней Скифии его поддерживают карпы. Но и это не все. Планы дакийского царя гораздо шире. За истекшие два года он дважды посылал людей ко двору парфянского царя. Последние же известия еще тревожнее. Децебал и Пакор одновременно направили послов к боспорскому царю Юлию Савромату. Ни для кого не секрет, что Децебал тайком строит суда для овладения западным побережьем Понта. Я спрашиваю вас, сиятельные мужи, что будет делать сенат и народ римский, когда в ближайшем будущем столкнется с могущественным союзом варваров и парфян на своих восточных границах? Какими эпитетами наградит императора и его людей у кормила власти, прозевавших такую опасность? Ответ вам хорошо известен! Ваше мнение?
Ответ написан на лицах присутствующих. В желваках под скулами, решительных линиях ртов читается только одно слово...
Траян поудобнее устраивается в своем кресле из золота и слоновой кости.
– Итак, война! Теперь обговорим ее детали. Что скажет нам почтенный Теттий Юлиан, сиятельный муж, которому Империя обязана победами в последней дакийской войне?
Поднимается Теттий Юлиан. Глаза шестидесятилетнего полководца устремлены в одну точку. Образы десятилетней давности плывут перед его мысленным взором.
– Я полагаю, императору необходимо услышать только одно – каким образом побыстрее и с минимальными потерями выиграть войну с Децебалом? Отвечу так. В столкновении с даками рассчитывать на легкость не приходится. Гористая, поросшая лесом местность затрудняет действия больших масс пехоты и конницы, что во все времена являлось решающим при ведении войны римлянами. Все боевые действия будут сводиться к стычкам небольших отрядов численностью от трех до пяти когорт. Причем, говорить о тылах, фронте и флангах не придется. Нападений следует ожидать отовсюду и порой одновременно. Даки – отличные бойцы пешего строя. Их серповидные мечи способны вносить огромные опустошения в наши порядки. Даки никогда не отступают, они отходят. Огрызаясь и отбиваясь. Конница Децебала состоит из собственно даков и союзных им сарматов и бастарнов. Конные даки в бою не стойки. Вооружены легко. Небольшими луками, мечами и щитами. Сарматская конница вооружена длинными до пят чешуйчатыми панцирями, длинными копьями и мечами. Атаки ее во фронт расстроенного метательными снарядами неприятеля заканчиваются обычно полным разгромом последнего. Ей можно противостоять лишь плотным построением манипулов и когорт и залпами баллист и скорпионов. Впрочем, я говорю о войне, подобно которой вел сам. У меня же под началом было пять полных легионов и вспомогательные когорты. Чего для полной победы над Децебалом недостаточно. А в нынешних условиях, когда у царя даков появились отряды, обученные римскому строю, пять легионов – это армия поражения, а не победы. Теперь о направлениях движения войск. Печальный опыт Корнелия Фуска, попавшего в засаду с двумя легионами на реке Алугус, ясно говорит нам – этот путь непригоден! Направление же, выбранное мною: из Ледераты, через Дунай вдоль течения Караша на Тибуск, Берзовию, Тапэ и, наконец, на Сармизагетузу – ведет к разгрому врага и скорейшему занятию его столицы. К тому же действующая армия все время держит под угрозой тыл и левый фланг дунайского и рейнского лимесов. А это в условиях негласной поддержки Децебала германцами немаловажно!
Император в знак благодарности наклонил голову. Все с уважением посмотрели на занявшего свое место старого военачальника.
