Легионеры, которые стояли напротив ворот, повернулись и стремительно побежали в сторону моста, вдоль длинного ряда заговоренных ламп, расположенных на значительном расстоянии друг от друга. Одновременно в стену впивались все новые и новые крюки, прикрепленные к стальным цепям, ворота начали поддаваться, а на стены под прикрытием тяжелых копий взбирались все новые и новые воины-канимы.
– Они прорвались! – крикнул Маркус.
Снаружи завыли горны, призывая канимов идти в атаку, и многие из облаченных в черные доспехи воинов расступились, пропуская бойцов вспомогательных частей. Тысячи канимов бросились вперед.
– Отступаем! Сковорода для жарки! – взревел Тави. – Отступаем! Сковорода!
Ворота дрогнули, и канимы взревели. Тави и легионеры со стены устремились вниз. Один из молодых легионеров споткнулся, перелетел через несколько ступенек и распростерся на земле. Он зашипел от боли, но двое его товарищей подхватили неудачника и потащили за собой.
– Быстрее! – крикнул Тави, подталкивая легионеров вниз по ступенькам, внимательно глядя по сторонам, чтобы убедиться, что они никого не забыли в темноте. – Быстрее! Быстрее!
– Всё, они внизу! – крикнул Маркус.
Они вместе поспешно сбежали во двор и помчались через него. Тави почувствовал жар сквозь подошвы своих подбитых гвоздями сапог уже через полдюжины шагов, услышал, как рухнули ворота за его спиной и канимы триумфально завыли.
Рядом закричал Маркус, и Тави увидел, как он падает. Тяжелый канимский дротик вошел ему в ногу немногим ниже колена.
Маркус сумел упасть на щит, только благодаря этому он не обжегся, как легионер, зашипевший от боли несколькими секундами раньше. Маркус попытался вытащить дротик, но не сумел. Очевидно, острие задело кость и застряло.
Тави бросился к нему, в нескольких футах от них острие еще одного канимского копья высекло искры из камня. Тави схватил Маркуса за руку и сумел поднять его. Тот зарычал от боли сквозь стиснутые зубы и запрыгал на одной ноге, но Тави покачал головой, взвалил Маркуса на плечи и побежал.
Когда Тави добрался до конца двора, он увидел тени рыцарей Воздуха на крышах. Внезапно поднялся ветер, направленный в сторону ворот, и копья канимов перестали попадать в цель. Тави оглянулся через плечо и увидел, как во двор врываются канимы из вспомогательных частей – и тут же начинают выть от жара, исходящего от камней. Они не могли повернуть назад, с тем же успехом можно было пытаться взобраться вверх по водопаду. Тысячи их разъяренных собратьев вбегали через сломанные ворота, и от их криков закладывало уши.
Канимы отчаянно пытались найти спасение, они взбирались на крыши домов и лавок, расположенных вокруг двора. Однако внутрь двора продолжали вбегать все новые и новые солдаты, и очень скоро весь двор был заполнен телами. Канимы падали, не выдерживая ужасной боли, но на раскаленных камнях им было не найти спасения. Ураганный ветер дул в их глаза, уши и носы, атака захлебнулась, возник безумный хаос, повсюду лежали мертвые и умирающие канимы.
Однако во двор вбегали все новые и новые канимы, обезумевшие от жажды крови, они шли по телам своих сгоревших и умиравших собратьев, но не находили спасения на раскаленных камнях двора. Канимы ориентировались на мост, и Тави увидел, что они готовятся к атаке. Он опустил голову и побежал, его сопровождали рыцари Воздуха, которые перемещались с крыши на крышу, не давая ближайшим канимам увидеть Тави и своих товарищей, бросающихся на стены.
Казалось, прошла целая вечность, прежде чем Тави пробежал несколько сот ярдов до моста Элинарх и линии обороны, которую построили инженеры на подступах к нему. При помощи глины, взятой с берега реки, они соорудили серию из пяти стен, расположенных равномерно поперек моста, придали им форму при помощи фурий земли, а затем закалили огнем, в результате глина обрела прочность камня. Инженеры оставили свободный проход, через который могло одновременно пройти только два человека. А на южном конце моста возвели еще один барьер, высотой с городские стены.
Тави и рыцари Воздуха промчались через вновь возведенную линию обороны, и канимы, озверевшие от ярости из-за раскаленных камней, бросились вперед.
– Целитель! – закричал Тави.
Появился Фосс, и Тави почти сбросил Первое копье ему на руки. Потом Тави метнулся к стене и взбежал по грубым ступенькам, ведущим наверх. Там уже стояли Макс, Красс и первая когорта вместе с рыцарями Воздуха. Последний рыцарь примчался вместе с Тави.
Макс и Красс выглядели измотанными, Тави знал, что заклинание фурий огня, при помощи которого они раскалили камни двора, отнимает очень много сил. Но если они выглядели паршиво, то худой рыжий рыцарь Огня казался на девять десятых мертвым. Он сидел, привалившись спиной к стене, глядя в пустоту, его тело сотрясалось от холода, хотя ночь выдалась теплой. Из тени появился Эрен, державший в руках знамя легиона. Тави ему кивнул, и Эрен водрузил почерневшее древко в специальное отверстие на стене, которое сделали инженеры.
