– Вот, – сказала Амара. – Тут написано об отправке одеял в птичник.
Ладья зашипела:
– Это на вершине башни. Железная клетка на крыше. Нам придется пройти через личные покои Калара. Вперед.
Они поспешно вернулись на лестницу и последовали за Ладьей вверх, периодически проходя мимо узких окон в стене.
– Подождите, – прорычал Бернард. – Тихо.
Все застыли на месте. Амара закрыла глаза и услышала далекий звук, который доносился сквозь окна.
– Что это? – спросил Бернард.
Кровь отлила от лица Ладьи.
– О… – сказала она, и в ее голосе появилась паника. – Во́роны и кровавые фурии! Поторопитесь!
– Что случилось? – спросила Амара, бежавшая вслед за Ладьей. – Что это?
– Фанфары, – запинаясь, прошептала та, и в ее голосе Амара услышала ужас. – Консул Калар только что вернулся в цитадель.
– Проклятые во́роны, – выругалась Амара.
Снизу послышался крик, и тут же зазвонили тревожные колокола.
– Стражники? – спросила Амара.
– Шестеро на верхнем этаже, – ответила Ладья. – Они спустятся по лестнице и будут удерживать единственный выход на крышу.
– Тогда мы окажемся пленниками, – сказала Амара. – Нам нужно пройти мимо них.
– Верно, – прорычал Олдрик и обнажил свой меч. – Граф!
Бернард уже достал лук, он заранее натянул тетиву – без магии сделать это было невозможно, – наложил на нее стрелу, а потом они с Олдриком стали быстро подниматься по лестнице.
Амара повернулась к госпоже Аквитейн:
– Вы можете защитить нас от Калара?
– Это его дом, – спокойно ответила Инвидия. – Вступать в схватку с ним здесь неразумно.
– Тогда нам следует поспешить, – сказала Одиана. – Подняться на крышу, освободить пленников и уйти.
– Моя дочь! – закричала Ладья. – Она находится этажом ниже места, где живут стражники.
– У нас нет времени! – настаивала Одиана. – Они уже идут!
– Он ее убьет! – воскликнула Ладья.
Топот тяжелых башмаков по лестнице приближался.
– Это не имеет значения! – ответила Одиана. – Для нас важны только пленники. Мы получили все, что нужно от шпионки, графиня, и ваш долг состоит в том, чтобы…
Амара ударила Одиану по щеке, одновременно сжав ее руку.
Одиана посмотрела на Амару, и ее лицо потемнело от ярости.
– Заткни свою пасть, – холодно сказала Амара, выделяя каждое слово, и повернулась к госпоже Аквитейн. – Отправляйтесь с Одианой наверх. Помогите им очистить путь, но применяйте магию только в самом крайнем случае. Если у нас не будет пути отхода после пробуждения гаргулий, никто не выберется отсюда живым.
Госпожа Аквитейн коротко кивнула, энергично толкнула Одиану вперед, и они побежали по ступенькам вслед за Олдриком и Бернардом.
Амара повернулась к Ладье и обнаружила, что шпионка смотрит на нее широко раскрытыми глазами.
Курсор положила руку ей на плечо:
– Нам нельзя терять времени. Пойдем за твоей дочкой.
Ладья сморгнула слезы, ее лицо изменилось, наполнившись решимостью, и они с Амарой побежали по лестнице вверх.
Ладья распахнула дверь и устремилась дальше, но Амара немного помедлила, услышав звон стали над головой. Очевидно, Олдрик вступил в схватку со стражниками. Он был одним из трех или четырех лучших фехтовальщиков Алеры, бывший телохранитель принцепса Септимуса, именно по этой причине Аквитейны пригласили его к себе на службу. Однако разница между превосходным мастером меча и просто очень хорошими фехтовальщиками не так уж велика – шесть стражников, действуя совместно, способны справиться даже с Олдриком.
Сверху донеслись крики. Снизу послышался ответ. Но эхо отражалось от стен, и Амара ничего не смогла разобрать. Через мгновение она все поняла – стражники бежали вверх по лестнице и были уже довольно близко.
Амара выругалась. Ей следовало поднять клинок, выпавший из рук офицера, когда их шанс на то, что они незаметно проберутся наверх, стал равен нулю.
– Бернард! – закричала она.
Ее муж вернулся к ней с луком в руках.
– Бессмертные – рыцари Железа! – крикнул он Амаре. – У Олдрика проблемы, а я не могу сделать чистый выстрел!
– У него будет еще больше проблем, если его атакуют стражники снизу, – сказала Амара. – Ты должен их удержать.
Бернард кивнул, продолжая бесшумно спускаться вниз по ступенькам. Через мгновение она услышала пение тетивы и крик боли.
Амаре хотелось кричать от страха за мужа, за себя и людей, которые рассчитывали на успешный исход их миссии. Она стиснула зубы и побежала вслед за Ладьей.
На этом этаже находились богатые покои. Амара сразу попала в большую комнату – кабинет и библиотеку. Ковры ручной работы, гобелены, дюжина картин и несколько скульптур были очень хороши по отдельности, но собраны без малейшего чувства стиля, темы или общности. Таков характер Калара, решила Амара. Он понимал, что такое красота, но не знал, что в ней ценного. Его коллекция, большая и разнообразная, состояла из шедевров – остальное его не волновало; оболочка, демонстрация богатства и могущества, а вовсе не красота как таковая.
Калара она не интересовала. Он лишь использовал ее. И глупец не знал, зачем она нужна.
