– Любовь моя, разве я могу? – Он взял обе ее руки в свои ладони. – Я проклинал отца, когда он отправил сюда легион, – тихо продолжал он. – Мне и в голову не могло прийти, что здесь я встречу тебя. Такую сильную, умную и красивую. Такую… – Он улыбнулся, и его лицо стало совсем юным. – Человека, которому я смогу верить. Человека, который должен быть рядом со мной всегда. Я не могу рискнуть и потерять тебя, если легиону прикажут перебазироваться в другое место, любовь моя. – Он поднес ее руку к губам и поцеловал. Стань моей женой, Исана, пожалуйста.
Мир вокруг начал бешено вращаться, но Исана не могла отвести глаз от единственно стабильной вещи в нем – Септимуса, глаза которого сияли в лунном свете.
– Т-твой отец, – запинаясь, заговорила Исана. – Ведь у меня даже нет гражданства. Он никогда не согласится на наш брак.
Септимус бросил раздраженный взгляд в сторону столицы:
– Не беспокойся. Я договорюсь с отцом. Выходи за меня.
– Он никогда не примет наш брак! – выдохнула Исана.
Септимус пожал плечами и улыбнулся:
– Ему полезно испытать потрясение, хотя бы иногда, но он его переживет. Выходи за меня.
Пораженная Исана заморгала:
– Но он же Первый консул!
– А я принцепс, – ответил Септимус. – Титулы не имеют отношения к тому, что происходит с нами. Да, он Первый консул, а еще он мой отец, и великие фурии знают, что мы не раз с ним ссорились. Выходи за меня.
– Но из-за этого может возникнуть множество неприятностей, – не сдавалась Исана.
– Из-за того, что отец хочет сохранить старые обычаи, любовь моя. – Он наклонился к ней, его глаза горели яростным огнем. – Отец не понимает, что пришло время перемен, пора сделать Алеру достойным местом не только для граждан. Не только для тех, кто обладает достаточной властью, чтобы брать все, что им захочется. Страна должна измениться. – Глаза Септимуса сияли, в голосе звучала уверенность в своей правоте и страсть. – Когда титул Первого консула перейдет ко мне, я стану зачинщиком перемен. И я хочу, чтобы ты находилась рядом.
Потом он повернулся, нежно уложил Исану на одеяло и поцеловал в губы. Потрясение Исаны вдруг превратилось в ураган удовольствия и страсти, и она ощутила, как ее тело стало растворяться и двигаться, прижимаясь к Септимусу, и их поцелуй, страстный и горячий, все длился и длился. Исана не знала, как долго он продолжался, но, когда их губы разомкнулись, все ее тело было объято пламенем, горящим внутри. Страсть стала такой сильной, что она почти не видела ничего вокруг.
