— Поехали? — вздохнул водитель, хлопнул по коленям и встал. — Лучше не задерживаться.
— Ты езжай, — сказал Сергей, пошарил в кармане и протянул ему жетон: — возьми… Тут не надо имени… Спасибо…
— Ты уверена? — не мог взять в толк парень. — Там не осталось камня на камне…
— Я не могу иначе…
Молодой водитель некоторое время смотрел, потом взял жетон:
— Как знаешь… Может, увидимся…
— Счастливо…
Есть еще смелые люди на этом свете. Отчаянные и бесстрашные…
Машина посигналила напоследок и укатила за поворот. Сергей поднялся, стряхнул платье и уставился на лес. Привет, дорогой. Вот и свиделись вновь…
Деревья окружили со всех сторон — привычно сомкнулась крона над головой. Ногу сильно кольнуло, он цыкнул — черт… Сквозь капрон ощущалась каждая иголка, каждая шишка…
Он сам не знал, зачем остался. Просто — не мог уехать, и все…
Он медленно брел по лесу, осторожно переступая ветки — по широкой дуге приближаясь к городу. Пожар будет полыхать еще долго — но у него не было другой дороги…
Скоро деревья расступились, и появилось красное марево. Сергей молча уселся у дерева и обхватил колени руками. У него много-много времени…
Это не мир. Это порождение ада. Пыток и мук…
Боже, это когда-нибудь кончится? Он смертельно устал. От взрывов и огня. Бегства и смерти…
По щеке покатились слезы — это было нечестно. Несправедливо. Подло… Он всхлипнул. Нельзя противостоять тем, у которого нет ни капли совести и чести…
Солнце стояло над головой. Полная тишина — ни пения птиц, ни стрекота насекомых… Только жуткий треск гигантского пожара… И бесконечные часы горя…
— Эй!
Сергей вздрогнул и резко обернулся. В глубине между деревьями мелькнула пара мужских фигур. Он медленно встал…
— Так и будешь сидеть? Догоняй…
За мужчинами появились двое женщин… И мальчик… Сергей, осторожно ступая по колючим иглам, подошел ближе:
— Вы с города?
Высокий темноволосый военный отвернулся, прижимая ладонь к уху: 'Утес? Еще трое женщин и мальчик… — выслушал ответ: — принято'. Кивнул всем за собой:
— Не отставайте…
Все поняли. Сергей ничего не понял. Но благоразумно решил не пускать волну вопросами…
Через полчаса деревья расступились, и они вышли на большую поляну. Вернее — просеку… По которой катила огромная колонна людей… Простых обычных людей, жителей… Мужчины, женщины, юноши, девушки, старики, военные… Длинная цепь повозок, груженных домашними вещами и маленькими детьми… Где-то даже машут хвостами настоящие лошади… Огромный бесконечный поток народа исчезал за очередным поворотом — вдали за деревьями…
— Чего встали? Догоняйте…
Сергей поспешил пристроиться в хвост. Совершенно забыв про босые ноги…
Огромная колонна людей… Тихий говор, гулкий топот, скрип колес, пение птиц в листве, приглушенный визг детворы…
Сердце начало постепенно успокаиваться. Ужас пережитого потихоньку отступал…
Они успели уйти. Все вместе… Их предупредили — они успели…
Все действительно повторяется — как витки спирали… Снова огромная колонна — это уже было…
И не было. Ибо — нет вокруг дымной зыбучей Гоморры. И нет впереди принцессы…
22
Пыль под ногами, тихие разговоры, храп лошадей…
'Искала сына, — оправдывалась одна из женщин, опоздавших с Сергеем, — на рыбалку унесло, — материнская рука ласково взрыхлила волосы мальчугана, — весь в отца…' Подруга покивала головой: 'Мои не вернулись с Айрассы…'
Сергей молчал, глядя под ноги. Множество людей впереди трамбовали дорогу — ступать нетрудно. Как все выдерживает местный капрон? — совсем не рвется… Маленькие, совершенно далекие от тяжелой сути мысли…
'Откуда ты, солнышко?' — одна из женщин переключилась на него. Он вяло махнул рукой в ответ: 'Только приехала…', и снова уставился под ноги. Женщина сочувственно вздохнула: 'Святая мать земли — что творится такое…'
Это все уже было. Дорога, шаги, люди…
Вот только — густые кроны деревьев по бокам. И скрип повозок…
'Двадцать второй! — донесся искаженный микрофоном голос. Сергей оглянулся — в стороне пара военных с оружием. Чуть ниже погон — маленькие коробочки передатчиков. — Растянулись, как гусеница… Подтянись!'
Один из парней повернулся и набрал в грудь воздуха: 'Подтяни-ись!!!' Люди зашевелились бодрее…
Ого. Чувствуется организация.
'Утес, — другой искаженный голос. — У нас приступ… Женщина, астма…' Твердый ответ: 'Передавайте медикам… Грааль! Заберите женщину в середине…'
Бойцы поправили на плечах оружие.
Сергей задумчиво сощурился вперед. Это уже похоже не на хорошую организацию. Это больше похоже на подготовку…
Монотонные шаги, скрип колес. Приглушенный говор людей. В лесу нет ветра. Подол платья мягко щекочет ноги. Наверное, он никогда не привыкнет к женской одежде…
К вечеру объявили привал. Хвост колонны втянулся, когда вокруг уже полыхали костры. Люди снимали с повозок детей, и стягивали мешки. Собирались гурьбой вокруг костров…
Сергей осторожно прошелся вперед. Всюду народ, всюду приглушенный шум, шипенье плазмы резаков, треск сучьев, костры… Далеко за деревьями проглядывает целый город огней. Весь лагерь не охватишь взглядом. Сколько же здесь людей?
