– Что за менторский тон, адмирал? – снова ухмыльнулся Истомин. – Я могу уважать человека за дела, но за возраст – увольте. Идиот станет старым идиотом, бандит – старым бандитом, а придурок – дураком.
– Это как вы назвали адмирала? – снова вклинилась черная физиономия Джонсона.
– Его – никак, поскольку я знаю, кто он. А вот вас – пожалуйста. Любым из вышеперечисленных эпитетов. Могу еще накидать – так, для общего образования.
– Капитан, – Брэдфорду явно надоело переругиваться с языкастым и плюющим на мнение джентльменов молокососом, – сопротивление бесполезно. Максимум через полтора часа вы окажетесь в зоне досягаемости наших орудий. Приказываю лечь в дрейф и принять на борт досмотровую группу.
– Адмирал. Приказываю развернуться и идти козе в трещину. Конец связи.
Истомин выключил экран, оглянулся на посеревших от увиденного девушек и рассмеялся:
– Не бойтесь. Теперь он точно от нас не отстанет. Но и огня не откроет – дети нужны ему живыми, так что угрозы – всего лишь попытка взять нас на слабо́. Вероника, тащи еще свой торт, Доната, кипяти чай. Будем подождать, времени хватает.
На этот раз чаепитие проходило в напряженном молчании. Истомин не пытался хохмить – весь запал он истратил на британского адмирала. Остальные, похоже, отлично это понимали. Равно как и то, что, возможно, этот торт и этот чай – последнее, что они едят и пьют в своей жизни.
– Все, – резюмировал Истомин, когда торт закончился. Выудил из чашки изрядно выжатый кружок лимона, кинул его в рот, не чувствуя вкуса, разжевал, запил остатками чая. – А теперь слушайте приказ. Я в рубку. Жан, на тебе машинное отделение. Девушки. Проверьте пассажиров и обязательно предупредите, чтоб сидели тихонечко, желательно пристегнувшись, а то может немного потрясти. Не захотят слушаться – их проблемы, не нам кишки со стенки вытирать.
– Тем более, все равно легче замазать, чем соскребать, – кивнула Доната.
– Правильно мыслишь. Затем идете в президентские апартаменты, пристегиваетесь там и сидите. Можете включить экран, если хотите, но молчать в тряпочку. Хотя я лучше просто отключу вам звук, чтоб не отвлекали.
– А почему туда? – поинтересовалась Вероника.
Ответил ей Жан:
– На корабле обычно две самые защищенные зоны – рубка и машинное отделение. Здесь борт номер один, поэтому к ним добавлена каюта президента.
Кстати, шикарная каюта была для президента оборудована. Истомин ее осмотрел, когда принимал корабль. Огромная, шикарно отделанная, пятиспальная кровать и бар с такими напитками, по сравнению с которыми предназначенные для гостей выглядели явной профанацией. Разве что бассейна вместо ванны нет, и то больше по недостатку места. В общем, сибаритом президент явно не был.
Тем не менее девушек перспектива немного пожить вместо тесных кают в столь шикарных условиях почему-то не прельстила. Они переглянулись, без слов поняли друг друга, после чего скорчили рожицы, более всего похожие на подлизывающихся котиков:
– А можно нам тоже в рубку?
– Нельзя.
Сказано это было настолько категоричным тоном, что задавать вопросы никто не рискнул. Однако, когда Истомин вошел в рубку, то обнаружил на месте Александры Веронику, деловито что-то просматривающую в судовом журнале. Который Виктор, вот незадача, так и не открывал, нарушив тем самым все уставы.
– Ты что тут делаешь?
– Я имею диплом штурмана.
– Вот как?
– У нас на планете давно создан кадровый резерв, и немалый. Так что могу быть полезна.
– Хорошо, – Истомин, подумав, не стал рычать по поводу невыполнения приказов. – Только под руку не лезь.
– Ага. И еще… Не отключай напарнице связь. Там совсем одной сидеть ей будет жутко.
– Ладно, – хмыкнул Истомин. – Побережем ей нервы. Они нам всем скоро понадобятся.
Однако еще некоторое время ситуация не менялась, только британские корабли приближались. Пожалуй, если бы они захотели уничтожить наглецов, то давно сделали бы это, но пушки молчали. Зато теперь можно было достаточно уверенно идентифицировать преследователей. Тяжелый крейсер типа «Абукир», скорее всего, флагман. Три крейсера типа «Андромеда» и аж дюжина эсминцев. Уважают!
Истомин даже не стал приводить в боевую готовность вооружение своего корабля. Если их все же захотят уничтожить, то расстреляют задолго до того, как британцы окажутся в зоне действия этих пукалок. А придется отбиваться от десанта – так активировать пушки дело нескольких секунд. Успеется. Гораздо больше его заботила передняя полусфера. И, как оказалось, не зря.
Как ни странно, первой засекла движение прямо по курсу Вероника. Несколько секунд вглядывалась, а потом срывающимся голосом сказала:
– Нас окружили!
– Отлично. Теперь можно наступать в любом направлении. Ну-ка!
