Но сегодня за пультом колдовал сам Никифоров. Спокойными, даже немного ленивыми движениями он крутил голографический шар карты, немного отличающийся от того, который был во время совета на орбите Альбиона. Эта карта была ориентирована не на трехмерность, а на гиперпространственные искажения, и посмотри на нее какой-нибудь астроном прошлого, он бы ничего не понял. А вот для Никифорова это была открытая книга, и на глазах присутствующих создавался маленький шедевр – оптимальная траектория полета, которая, как выяснилось, когда штурман закончил и соизволил дать пояснения, сэкономит им как минимум двое суток пути по сравнению со стандартным маршрутом. Правда, незначительно возрастает расход топлива, но, с учетом возможностей их корабля, на полтора-два процента, не более. Терпимо, в общем.
Полчаса спустя «Ирбис» снялся с орбиты и ушел в открытый космос. А дальше – разгон, толчок и снова тихое и практически безмятежное пребывание в гиперпространстве. На сей раз удивительно короткое.
– И что там у них случилось? – хмуро поинтересовался Русаков, внимательно глядя на экран. Вопрос был риторическим, все равно, пока не подойдут ближе, понять ничего не получится. А так…
На первый взгляд выглядела планета нормально. Да и на второй тоже. А главное, все, что вертелось на ее орбите, функционировало в штатном режиме. Не по-граждански чуткие детекторы «Ирбиса» уже ощупали пространство и не нашли абсолютно ничего, что говорило бы о катастрофе. То есть ни панических воплей, ни мечущихся туда-сюда кораблей… Лениво переговаривались диспетчеры, без особого чувства ругался на всю орбиту какой-то механик, ползающий, судя по всему, по наружной обшивке то ли корабля, то ли орбитального терминала. Два пилота выясняли отношения, а заодно и кто кому должен уступать место на парковочной орбите, но тоже вяло, без огонька. В общем, ничем не примечательные будни. И как это стыкуется с вызовом, да еще срочным, да еще и с воплями о вселенской катастрофе?
Именно этот вопрос капитан и задал, выйдя на связь с местными властями. Правда, вначале уединившись в узле связи и выгнав оттуда всех, кого можно и нельзя. Все правильно, совершенно незачем подчиненным слышать, как ругается их командир с местными властями. И какими словами! Впрочем, разговор был коротким, и вышел Русаков в рубку с немного озадаченным лицом.
– Никто нас сюда не звал, – объявил он во всеуслышанье после короткой паузы.
– Это что, шутка? – без уточнения, чья именно, выразил общее удивление старпом. Вопрос, к слову, был не праздный. За такие шутки оскорбившаяся Империя могла дать юмористу хороший подзатыльник. А так как не только могла, но и проделывала это, причем не раз, то устраивать веселье за свой счет желающих не находилось. Очень уж мрачным иногда могло оказаться имперское чувство прекрасного. В общем, решались на такое обычно лишь те, у кого зуб мудрости являлся единственным признаком интеллекта.
– Нет, – усмехнулся Русаков. – Клянутся, что ни сном, ни духом. Сейчас они в поте лица проверяют, что могло случиться и как с этим жить дальше. Так что – ждем. Тем более, как раз время обедать.
Ждать пришлось долго, что-то около двух часов. Успели и пообедать, и малость пообщаться на тему, «что можно сделать с потерявшими берега туземцами», а кое-кто даже подремать. А потом Басра разродилась длинным и витиеватым сообщением, из которого следовало:
1. Ничего на планете не случилось.
2. Никто сигнала не посылал.
3. Обнаружен взлом сервера, и сигнал с него таки ушел. Но кто и когда его посылал, непонятно, хакер оказался профессиональным и вполне качественно запутал следы.
Всё, ничем планета больше помочь не могла.
На несколько минут воцарилось молчание. Старшее поколение думало с такой интенсивностью, что слышно было, как поворачиваются в головах слегка изношенные шестеренки. Младшее предпочитало молчать – субординацию никто не отменял, надо будет – спросят.
Наконец старпом хмуро сказал:
– Я вижу два варианта. Взять местных за жабры и пускай оплачивают перегон, слабая защита сервера только их проблема, или уйти не солоно хлебавши, но Басру внести в черный список. Гоняться за этим долбаным взломщиком все равно бесполезно.
– Вот умный ты человек, Станислав, – поморщился Никифоров, – а не о том думаешь. Лучше скажи, кому понадобилось, чтобы мы тащились в эту Тмутаракань? И зачем?
– Кому – не скажу, а вот зачем ясно, – вмешался капитан. – Думается мне, кому-то не нравилось, что мы на орбите Ниццы висим.
– А вдруг и правда шутка?
– Шутка ради шутки удел мальчишек. Здесь же, судя по затраченным ресурсам, кто-то серьезный отработал. «Железо» у местных, конечно, так себе, да и программное не блистает, но мальчик, освоивший пару вирусных программ, тут не справится. А потому возвращаемся.
– Но…
– Сюда мы, если что, всегда можем вернуться. Да и если нас попытаются обмануть, то Басра окажется в черном списке МЧС. Не в том они положении, чтобы рисковать, а о последствиях я их предупрежу. Штурман! Постарайся, чтобы мы смогли вернуться быстрее, чем добрались сюда.
