Стоп. Почему он заполнен не до конца? Если пациент начал выплескивать всю магию, её должно было быть гораздо больше. Он бы заполнил весь кристалл.
Разумеется, если конечно его магия не является очень слабой. Как у моей матери, например. Но в таком случае не было бы такого неконтролируемого выплеска! А что, если этот выплеск магии был как раз контролируемый! Если пациент пытался её направить в кого-то или во что-то.
Я снова вспомнил случай с Владимиром, его отравление грибами и галлюцинации. В этот раз может быть то же самое! Учитывая обстоятельства начала заболевания, этот экстремальный поход…
Детали складывались в моей голове одна за другой. А в следующий миг пришло осознание, что именно с пациентом. Снова всплыло что-то из прошлой жизни, новые мысли. Впрочем это сейчас не важно…
— Отравление галлюциногенным строчком! — поспешно покинув бокс, объявил я. — Оно не диагностируется нашей магией. Его можно проверить специальным тестом, если слюну пациента соединить с лимонной кислотой, она почернеет.
— Такое действительно возможно, — растерянно подтвердил один из лекарей, стоявших снаружи бокса. — Срочно провести тест!
Они засуетились, забегали кто куда. Только Виктор Александрович так и остался стоять столбом в шоке от происходящего.
— Отравление таким грибом вызывает галлюцинации, лихорадку, — тихо проговорил он. — Из-за галлюцинаций он мог и выпускать свою магию. Всё совпадает. Не диагностируется магией. Как вы узнали?
— Вычитал об этом где-то, — соврал я.
Гриб был ядовитым, и его можно найти в лесах. Думаю, пациент случайно употребил его в пищу, из-за чего возникли все эти симптомы. А Виктор Александрович слишком зациклился на магической чуме и даже не подумал о таком варианте.
Лекари спешно провели тест, и через пару минут результат уже был готов.
— Действительно, отравление галлюциногенным строчком, — сказал один из них. — Мы знаем, как это лечить! Заболевание не заразно и хорошо лечится!
— Карантин можно снимать! — воскликнул другой.
Они снова разбежались кто куда. Докладывать ректору, распоряжаться насчёт лечения и заниматься прочими срочными делами.
Диагноз был поставлен правильно, и больше пациенту ничего не угрожало. Я с облегчением выдохнул.
— Как я мог не догадаться! — сокрушённо прошептал Виктор Александрович. — Что я за преподаватель такой, если студент диагностирует заболевания лучше меня…
— Не вините себя, — ответил я. — Вы просто сильно накрутили себя боязнью этой магической чумы. Тем более, это заболевание не имеет никаких патологических потоков, так что выявить его очень тяжёло.
— Но вы-то смогли! — возразил преподаватель. — Хотя я так скептически отнёсся к вашему визиту сюда. Пришли и просто всё разложили по полочкам.
— Свежий взгляд всегда важен, — проговорил я.
Виктор Александрович встрепенулся и сам принялся звонить ректору. Остальные уже сняли защитные костюмы и вовсю суетились вокруг.
Я тоже с удовольствием избавился от этого скафандра, который, несмотря на все его преимущества, был не слишком удобным. Через минуту подошёл и преподаватель.
— Карантин отменили, всех студентов выпустят из комнат, — заявил он. — А вас вызывает к себе ректор.
— Хорошо, — кивнул я и отправился в главный корпус.
Обратная дорога была куда более приятной. После такого небольшого заточения и небо казалось голубее, и воздух чище. Хотелось гулять и дышать полной грудью.
Ректор ожидал меня, потирая виски. Головная боль из-за напряжения, как сообщила мне диагностическая магия. Переволновался из-за всей этой ситуации, ещё бы.
— Николай, — выдохнул он. — И снова я даже не знаю, как вас отблагодарить. Понимаю, в последнее время я часто повторяю эту фразу, но это правда. Вы снова спасли нашу академию.
Дел у ректора ещё наверняка было много. Составить документы об этом инциденте как минимум. Но он специально выделил время, чтобы лично меня поблагодарить. А мог просто передать благодарность с Виктором Александровичем.
— Я рад помочь, — отозвался я. — Хорошо, что карантин закончился, не успев толком начаться. Это вызвало бы много проблем.
— И хорошо, что информация о подозрении на магическую чуму никуда не утекла, — добавил ректор.
Это было не совсем так, Владимир всё равно смог это разузнать и передать мне. Но это были мелочи, друг вряд ли будет рассказывать об этом всем подряд.
— Ваше посещение конференции, разумеется, в силе, — добавил ректор. — А сегодня объявлю всей академии внеплановый выходной. Уверен, многие захотят увидеть своих родных.
Вот это было хорошим решением. В такие моменты как-то сильнее начинаешь ощущать любовь к своей семье. Не зря же многие, попавшие в трудное положение, пишут родным СМС-сообщения, как сильно они их любят.
Я покинул главный корпус, очень довольный разрешением ситуации. Хорошо, что ректор всё-таки прислушался и позволил мне пройти к пациенту.
Уверен, лекари поставили бы и сами правильный диагноз, просто не факт, что сегодня. И напряжение только росло бы, приводя к всеобщей панике.
