Он обошёл меня по широкой дуге, словно хищник, оценивающий потенциальную добычу. Или конкурента. В его медленных, размеренных шагах читалась уверенность человека, привыкшего к безоговорочному подчинению окружающих. Он упивался своим превосходством и не скрывал этого.
— В нашем убежище у каждого есть своя роль, — наконец произнёс он, завершив круг и остановившись передо мной. — Каждый вносит свой вклад в общее дело. Каждый подчиняется установленным правилам. И, прежде всего, каждый признаёт мой авторитет.
Он сделал многозначительную паузу, позволяя своим словам повиснуть в воздухе. Откуда-то донёсся почтительный шёпот: «Да славится Защитник!». Эхо подхватило несколько голосов, и фраза прокатилась по залу приглушённой волной.
Черныш, почувствовав моё растущее раздражение, выгнул спину и тихо зашипел. Я наклонился и успокаивающе провёл рукой по его шерсти.
— Впечатляющее представление, — бросил я, выпрямляясь. — Но я не ищу постоянного жилья. Мне нужно переждать день-два, а потом я уйду.
Виктор улыбнулся — снисходительно, как взрослый улыбается непонятливому ребёнку.
— Никто не приходит на день-два, странник, — произнёс он с наигранным сочувствием. — Там, снаружи, только смерть. Здесь — единственное безопасное место. И оно существует лишь потому, что я избран высшими силами для защиты этих людей.
И снова этот приторный, пафосный тон — словно проповедник на дешёвом телеканале. Меня уже начинало подташнивать.
— Избран? — я не сдержал насмешливый фырк. — Кем?
Виктор воздел руки к потолку театральным жестом.
— Сама судьба даровала мне силу щита! — его голос зазвучал глубже, приобретая почти гипнотические нотки. — В тот момент, когда мир погрузился во тьму, я был озарён божественным светом! Когда другие в страхе бежали, я обрёл способность защищать! Это не случайность, странник. Это предназначение!
Группа его ближайших последователей синхронно кивала на каждой фразе, как заведённые болванчики. Один из них — крепкий лысый мужик с бычьей шеей — даже прижал руку к сердцу в каком-то ритуальном жесте.
— Защитник создал этот ковчег среди хаоса, — с придыханием произнесла Марина. — Его щит — наш оплот. Его слово — наш закон.
Блядь, как же всё запущено. Настоящий культ вокруг его псионических способностей. Причём самое паршивое, что этот мудак, похоже, искренне верит в свою богоизбранность. Такие опаснее всего — настоящие фанатики, готовые идти до конца ради своих убеждений.
— Хорошо, что у кого-то хватило мозгов организовать безопасное место, — я пожал плечами, стараясь говорить нейтрально. — Но мне не нужна вся эта… духовность. Просто крыша над головой на пару дней.
Виктор нахмурился, явно недовольный моей реакцией. В его взгляде промелькнуло что-то холодное, расчётливое.
— Ты не понимаешь, странник, — произнёс он с ледяным спокойствием. — Здесь нет места для неверующих. Либо ты принимаешь наши правила полностью, либо…
Его фразу прервал внезапный шум — дверь распахнулась, и в зал вбежал запыхавшийся парень лет двадцати.
— Защитник! — выкрикнул он, задыхаясь. — Там парни с вылазки вернулись! И у них, кажется, проблемы — Олег тяжело ранен!
Лицо Виктора мгновенно изменилось. Благожелательная маска спасителя сползла, обнажая жёсткие, почти жестокие черты.
— Они принесли лекарства? — отрывисто спросил он.
— Н-нет, — парень нервно сглотнул. — Говорят, что наткнулись на людей, возле аптеки. Олег получил пулю, им пришлось отступить.
Виктор едва заметно поджал губы — первый признак гнева.
— Я давал чёткие указания, — процедил он. — Никто не возвращается с пустыми руками. Ресурсы не бесконечны. Мы не можем позволить себе неудачные вылазки.
— Но Олег истекает кровью! — отчаянно воскликнул парень. — Ему нужна помощь!
— Это не отменяет моего приказа, — отрезал Виктор, выпрямляясь во весь рост. — Приведи их сюда. Пусть все увидят, что происходит с теми, кто не выполняет свои обязанности.
По телу парня пробежала дрожь. Было видно, что он хочет возразить, но не смеет. Он лишь низко склонил голову.
— Да, Защитник.
Он скрылся за дверью, а через несколько минут в зал ввели четверых — трое мужчин и одна женщина. Они поддерживали пятого — бледного парня лет двадцати с окровавленной повязкой на боку. Его лицо было искажено болью, дыхание — тяжёлым и прерывистым.
— В центр, — холодно приказал Виктор, указывая на пространство перед собой.
Группа неохотно заняла указанное место. Раненый Олег, едва держась на ногах, тихо застонал, когда его опустили на колени.
— Вы подвели нас, — Виктор начал обходить их, словно генерал перед строем проштрафившихся солдат. — Каждый в этом убежище должен приносить пользу. Таков закон выживания. Таков мой закон.
Его голубая аура стала интенсивнее, почти материальной, словно его эмоции усиливали проявление силы.
— Я рисковал всем, чтобы создать это место, — продолжил он, повышая голос. — Я использовал дарованную мне свыше силу для защиты каждого из вас. И что я получаю взамен? Неповиновение. Бесполезность.
Олег закашлялся, на его губах выступила кровавая пена. Женщина из разведгруппы попыталась поддержать его, но Виктор резко оборвал:
