Дверь в кабинет содрогнулась от мощного удара.
— План такой, — быстро проговорил я, вытаскивая катану из ножен. — Я иду первым, вы сразу за мной. Декан, прикрываете тылы. Движемся к аудитории 306, там наши. Не останавливаемся, не отвлекаемся, не геройствуем. Только голову им сносите, остальное бесполезно.
Декан кивнул, натягивая тетиву и вставляя первую стрелу. Его руки даже не дрожали, хотя ситуация, казалось бы, не располагала к спокойствию — голый, в окружении зомби, с молоденькой студенткой, которую надо вроде как защитить. Однако в его движениях чувствовалась уверенность опытного стрелка.
— Понятно, — произнёс он тихо. — Я прикрою. Целиться буду в глаза — самый короткий путь к мозгу.
Я невольно отметил его хладнокровие. Никакой паники, никаких истерик или тупых вопросов вроде «что происходит» или «может, позвоним в полицию». Только холодный расчёт и готовность действовать. Декан вёл себя так, словно всю жизнь готовился к подобному сценарию, хотя вряд ли он когда-либо сталкивался с чем-то подобным. Что-то в нём напомнило мне некоторых военных, с которыми мне приходилось иметь дело в прошлой жизни — та же собранность, то же ледяное спокойствие в критических ситуациях.
Дверь затрещала сильнее, одна из петель с мучительным скрипом начала отходить от косяка. Ещё пара мощных ударов, и преграда рухнет.
— На счёт три, — скомандовал я, сжимая рукоять катаны и принимая боевую стойку. — Раз… два…
В голове пронеслась мысль, что ситуация до боли знакомая — я, оружие, зомби за дверью. Только обычно рядом были суровые мужики с автоматами, а не голый декан с луком и его голая подружка, трясущаяся от страха. Но какая, в сущности, разница? Я был готов к новой бойне. В конце концов, у меня за плечами было целых пять лет практики.
— Три!
Декан рывком распахнул дверь, и тут же в проём ворвались два зомби, которые до этого долбились в преграду. Они буквально вывалились на меня, оскалив окровавленные пасти. Я инстинктивно выбросил левую ногу вперед, с силой врезав ботинком в грудь ближайшего мертвяка. Удар отшвырнул его назад, в приёмную, где он опрокинул стул и рухнул на пол.
Второй зомби попытался вцепиться мне в куртку, но я оттолкнул его рукой и занёс катану для удара. В приёмной творился настоящий ад — ещё трое зомби крутились по комнате, натыкаясь на мебель. Их кожа приобрела серо-зеленоватый оттенок, глаза помутнели, а из ран сочилась тёмная густая кровь. При виде открытой двери и свежего мяса они синхронно повернули головы и издали утробное рычание, устремляясь к нам.
Первый, студент в синей куртке, бросился на меня, широко разинув пасть. Я встретил его одним чётким движением — лезвие катаны со свистом рассекло воздух и вошло в череп чуть выше переносицы. Кровь и мозги брызнули во все стороны, заляпав стены. Я рывком выдернул оружие и развернулся ко второму зомби — щуплому очкарику в костюме, который уже тянул ко мне свои скрюченные пальцы.
Сзади просвистела стрела и вошла прямо в глазницу третьему мертвяку. Он дёрнулся, словно от удара током, и рухнул на пол, дёргаясь в агонии. Декан умел стрелять, и даже очень неплохо.
Двое оставшихся зомби кинулись на нас одновременно. Декан уложил одного метким выстрелом в глаз, я расправился со вторым, вонзив лезвие катаны через нижнюю челюсть в мозг. Зомби дёрнулся и затих.
Приёмная была зачищена, но времени на передышку не было — из коридора уже доносились новые звуки приближающихся мертвяков, привлечённых шумом.
— Одежда! — крикнула Алина, указывая на разбросанные по приёмной вещи — её юбку и блузку, скинутые в спешке, и мужской костюм декана, небрежно брошенный на диван.
Я бросил взгляд на разбросанную по приёмной одежду и скривился. Брюки декана были залиты тёмной кровью мертвеца, валявшегося рядом с диваном. Светлая блузка Алины превратилась в бордово-коричневую тряпку. Распотрошённый лаборант забрызгал всю приёмную своими внутренностями.
— Забудьте про одежду, — сказал я, видя как Алина потянулась к своей юбке. — Всё в крови и кишках. Не наденете. В аудитории что-нибудь найдем.
Декан с сожалением окинул взглядом свои заляпанные брюки, но спорить не стал.
— Значит, прорываемся голыми, — решительно произнёс он, поправляя колчан на плече. — Не самая героическая картина, но выбора нет.
Он подошёл к трупу секретарши и замер у торчащей из глазницы стрелы.
— Стрел всего шесть, — пояснил декан, перехватив вопросительный взгляд Алины. — Пять в колчане и одна в этой гниющей мрази. Без боеприпасов лук превращается просто в бесполезную палку. Главное — вытаскивать их аккуратно, чтобы наконечник не повредить, иначе останемся вообще без оружия дальнего боя.
Алина молча стянула с убитого лаборанта его халат, стараясь касаться только чистых участков ткани.
— Используй это.
