В правом углу зрения висел полупрозрачный интерфейс: «Здоровье: 47/100. Энергия: 23/50. Лекарь, уровень 1».
Еще как — так. Все просто отлично!
Мои губы растянулись в довольной улыбке:
— Наконец-то…
Только успел насладиться видом интерфейса, как меня скрутил такой приступ голода, что аж кишки скрутило. Тело словно превратилось в чёрную дыру, готовую сожрать всё, до чего дотянутся руки. Рот наполнился слюной, а желудок завыл так громко, что Алина удивлённо уставилась на меня.
— Чёрт… — я сжал зубы, чтобы не застонать. — Жрать… Мне мне срочно нужно что-нибудь сожрать!
Гончий усмехнулся, будто ждал этого момента.
— Знакомые симптомы, — он подмигнул мне и поднялся с места. — И к ним я уже подготовился.
Алина растерянно переводила взгляд с меня на Гончего, явно не понимая, что происходит. Я изогнулся от новой волны голода, который становился просто невыносимым.
— Блядь, быстрее, — прохрипел я, чувствуя, как желудок начинает переваривать сам себя.
Гончий вернулся через минуту, неся в руках два пакета. Из первого он вытащил две бутылки подсолнечного масла, из второго — горсть энергетических батончиков и какие-то сухарики из вендингового аппарата.
— Вот, — он поставил всё это передо мной. — Как ты любишь — жирное и калорийное.
— Что это? — Алина непонимающе нахмурилась. — Ему нужен бульон или что-то лёгкое после ранения, а не…
Но я уже не слушал. Схватил первую бутылку масла, свернул крышку трясущимися пальцами и припал к горлышку, как умирающий от жажды к источнику в пустыне.
Тёплая, густая жидкость полилась в горло. В обычной ситуации меня бы стошнило от первого же глотка, но сейчас масло казалось вкуснее самых изысканных блюд. Я глотал, не отрываясь, чувствуя, как с каждым глотком энергия медленно возвращается к телу.
Опустошив первую бутылку, я с глухим стуком поставил её рядом и тут же схватился за вторую. Алина смотрела на меня так, будто у меня выросла вторая голова.
— Господи, — прошептала она, когда я без перерыва начал осушать вторую бутылку. — Как ты это пьешь⁈
Гончий только хмыкнул, протягивая мне энергетические батончики, как только я закончил с маслом.
— Первый приступ всегда самый сильный, — пояснил он. — Организм восстанавливается и требует топлива.
Я сделал глубокий выдох, чувствуя, как желудок наполняется маслом, а к телу возвращаются силы. Интерфейс в углу зрения показывал, как медленно повышается уровень энергии: 23… 35… 58…
— Никогда не привыкну к этому вкусу, — хрипло сказал я, отдышавшись, — но как же хорошо…
Я вскрыл первый батончик и затолкал его в рот целиком, едва прожевав. За ним последовал второй, третий… Сухарики исчезли следующими — я буквально высыпал их в рот горстями, не заботясь о том, что крошки сыпались на одеяло и пол.
— Что с ним происходит? — Алина перевела испуганный взгляд на Гончего. — Это нормально?
— Более чем, — ответил он спокойно. — Это побочный эффект активации способностей. Энергия не берётся из воздуха — организму нужен реальный источник.
Я наконец насытился и откинулся на подушку, чувствуя приятную тяжесть в желудке. Губы блестели от масла, а на щеке остались крошки сухариков, но мне было плевать. Блаженное тепло разливалось по телу, а раны на спине начали буквально затягиваться на глазах — кожа стягивалась, шевелилась, как живое существо, а кровотечение полностью прекратилось. Бинты, ещё минуту назад пропитанные кровью, теперь казались почти сухими. Боль отступала с каждой секундой, сменяясь странным зудом регенерации.
— Что это было? — Алина всё ещё выглядела шокированной.
— У псиоников есть два способа восстановить энергию, — объяснил я, вытирая жирные губы рукавом. — Первый — классический: отдых, медитации, сон. Это долго, но надёжно. Организм сам восстанавливается естественным путём.
Алина кивнула, внимательно слушая, хотя в её глазах всё ещё читалось непонимание.
— А второй способ — быстрый, но грязноватый, — я указал на пустые бутылки от масла и обёртки от батончиков. — Калории. Чем больше, тем лучше. Жиры, углеводы, белки — всё идёт в дело. Организм мгновенно перерабатывает пищу в чистую энергию.
— Но как ты это выпил? — она поморщилась, глядя на пустые бутылки. — Это же отвратительно!
Я усмехнулся, чувствуя, как силы окончательно возвращаются в тело.
— Вот в этом и фишка. Чем сильнее истощён псионик, тем меньше он чувствует вкус еды. Когда энергия на нуле, на тебя нападает такой адский голод, что ты готов сожрать буквально что угодно. Хоть сырое мясо, хоть машинное масло — лишь бы организм получил топливо.
Гончий одобрительно кивнул:
— В первые месяцы после получения способностей я однажды за полчаса сожрал три килограмма свиного сала вместе с шкурой, запил двумя литрами подсолнечного масла, а на десерт слопал килограмм сахара прямо из пачки, — признался Гончий с мрачной усмешкой. — Потом ещё нашёл банку собачьих консервов и тоже съел. И всё это показалось вкуснее любого ресторанного блюда. Да и энергия восстановилась за считанные минуты.
— Это же вредно для здоровья, — нахмурилась Алина.
