Долина впереди сделала небольшой поворот, скрывая их от оставшихся позади преследователей. Илияс заложил небольшой вираж, стараясь плавно вписаться в него, но переднее колесо квадроцикла проскользнуло по ледяной корке и машину занесло. Илияс только и успел крикнуть сестре: «Держись!»
Слава Аллаху, падение смягчили ветки кустов. Отделавшийся царапинами и несколькими ушибами Илияс первым вскочил на ноги и бросился помогать не успевшей подняться сестре. Она продолжала сидеть в кустах, вытирая сочащуюся из рассеченного лба кровь. Второй рукой Сабира потирала ногу.
– Ты как? – Брат схватил девушку за руку.
– Нога… – поморщилась та, поднимаясь и с коротким криком опускаясь обратно на снег. – Больно! Не могу идти!
– Надо! – коротко бросил Илияс, оглядываясь по сторонам. – Я знаю эти места. Мы здесь с Камбаром и Накылом ходили на зверя прошлым летом. Там должна быть сторожка Камбара. – Он указал на вершину склона. На расстоянии в несколько сотен метров, со дна долины шла темнеющая подтаявшим снегом узенькая тропинка, взбирающаяся наверх.
– Я не смогу дойти сейчас. – Сабира сжала зубы, превозмогая боль в ноге. – Я думала, такое только в кино возможно. – Она усмехнулась сквозь выступившие слезы.
– Я смогу тебя донести. – Илияс повернулся спиной к сестре и опустился на колени: – Запрыгивай скорее!.. Стой! – Неожиданно он выпрямился и стал внимательно прислушиваться к чему-то.
– Что там? – Сабира с тревогой посмотрела на него, убирая с лица длинные волосы, которыми начал играть набежавший порыв холодного ветра.
– Скорее к деревьям! – Илияс потянул ее за руку. Девушка неуклюже заковыляла за ним. – Накрой голову капюшоном, прижмись как можно ближе к дереву и не смотри вверх.
Вдалеке все отчетливее нарастал стрекот винтов. Со стороны города к долине быстро приближался вертолет с черно-желтыми отметинами на бортах. «Вертушка» прошла над головами ребят и полетела дальше.
– Плохо дело. – Илияс, убедившись, что они вне зоны видимости винтокрылой машины, подбежал к Сабире и присел возле нее.
– Это я уже поняла, – кивнула девушка, устраиваясь у брата на спине и крепко обхватывая его руками и здоровой ногой.
Илияс сразу же перешел на бег трусцой. Он опять спасает ей жизнь, вытаскивая в прямом и переносном смысле из, казалось бы, безвыходной ситуации. Когда умерла мать, оставаться в городе больше не имело смысла, и, собрав все самое необходимое, они рано утром покинули свой дом. Но выбраться из города им не удалось. Последняя дорога, ведущая из города, была заблокирована ОБЗ, и идущие по ней брат с сестрой уткнулись в толпу людей, также не успевших вовремя оставить свой дом. Несколько сотен человек наседали на железобетонные блоки, установленные поперек дороги, за которыми стояла военная техника и щерились дулами оружия и ранцевых огнеметов бойцы ОБЗ. Напирающих в панике за свою жизнь людей оттесняли обратно, выдергивая из толпы по одному человеку. Оказавшегося ближе всех к блокпосту счастливчика под прицелами автоматов провожали в небольшую походную палатку, где он подвергался скрининговому обследованию на предмет наличия инфекционных болезней.
Сказать, что толпа продвигалась вперед очень медленно, – было бы явным преувеличением: за два часа Илияс с Сабирой продвинулись вперед всего лишь на пару метров, и то за счет напирающей сзади толпы. Впереди то и дело раздавались жалобные крики тех, кого чересчур сильно прижимали к железобетонным блокам ограждения, а также мольбы ускорить пропуск здоровых людей, в первую очередь – родителей с детьми, плач которых становился все более громким и невыносимым. Но остальным было плевать на чужих детей. Все чаще возникали ссоры среди уставших стоять, истощенных физически, держащихся из последних сил людей. Все чаще кто-то из окружающих терял сознание от нестерпимой духоты и невозможности сделать в такой давке нормальных вдох.
– Мы тут, в лучшем случае, умрем от голода или задохнемся, – прохрипел Илияс бледной Сабире. – Надо что-то делать.
Внезапно разноголосый шум толпы перекрыл чей-то дикий крик ужаса. Ближайшие к блокпосту ряды людей хлынули, давя друг друга, к цепи солдат, смяв ее за считанные секунды. Успевший отгреметь одиночный выстрел послужил своего рода сигналом к началу полного хаоса. Небо окрасило множество вспышек огнеметов. Боевые машины, развернув башни, застрекотали пулеметными очередями, помогая пехоте сдерживать прорыв из зоны карантина. И тогда толпа сменила направление.
Сабира почувствовала, как ее в буквальном смысле отрывает от земли и несет людская масса, сдавливая со всех сторон, вырывая ее руку из руки брата. Она едва успела увидеть мелькнувшее где-то позади его лицо, потом перед глазами остались лишь головы и спины разбегающейся толпы. Какое-то время девушку продолжали тащить назад, пока ее вновь не обхватили руки, знакомые с самого детства.
Продравшийся к ней благодаря своему крепкому телосложению Илияс стал постепенно оттаскивать ее в сторону.
– Как ты? Цела? Тогда валим отсюда.
– Куда?
– Куда угодно. Надо уйти от толпы.