– Если она тебе так понравилась, то бери ее сам и вези на базу. Договаривайся с экипажем какого-нибудь БМО, чтобы они устроили в десантном отсеке изолятор. Если она переживет транспортировку, подашь рапорт начальнику части и запросишь дорогостоящий вертолет для перевозки никому не известной деревенской девчонки в медицинское учреждение города. А я пойду.
– Куда?
– Отсюда. Здесь больше делать нечего.
– Мы тоже отсюда сейчас уйдем. Зачистка почти окончена.
– Я не про населенный пункт. – Доктор направился к выходу. – Уходим. Сейчас будут работать «факиры». – И, посмотрев на стоящего возле кровати Куликова, добавил: – Мне самому сделать?
Возле здания глухо гудели БМО. Верхние этажи зачищаемого дома временами дышали вырывающимися из окон клубами огня. Зачистка второго этажа заканчивалась.
Вышедший из здания Куликов начал искать глазами Доктора, но того нигде не было видно. Зато неподалеку он увидел неразлучную парочку: Грот снова стоял возле его Тамары. И хотя сейчас во время проведения операции они не ворковали, сам факт…
Настроение, испорченное пропавшим куда-то живодером и мизантропом, испортилось окончательно. Но та равнодушная скотина, которой непонятно как и кто вручил диплом врача, в одном все-таки оказалась права: по-видимому, ОБЗ не для него. Сможет ли он стать таким же черствым и жестоким, как этот коновал? Ему же убить человека или оставить погибать – раз плюнуть!
Роман подошел ближе к неразлучной парочке и встал рядом с Гротом, украдкой пытаясь разглядеть скрытое за обзорным стеклом шлемосферы красивое лицо девушки.
Из дома вышел лейтенант, отдавая приказ находящимся в здании «факирам» зачистить первый этаж и подвальное помещение.
– Крайнее здание не зачищено. – Лейтенант повернулся к Роману и стоявшему рядом «факиру», игнорируя присутствие Тамары: – Грот, Куль, проверьте его.
Двухэтажная бетонная коробка одиноко стояла в стороне. В зияющий чернотой дверной проем, лишенный даже намека на дверную коробку, полетели гранаты. Стены задрожали. Грот, вскинув автомат, первым юркнул в клубы пыли и вылетевшего наружу мусора. За ним устремился Куликов.
И в следующую секунду раздался еще один взрыв.
– Что произошло? – Куликов приподнялся с кровати медблока на локтях, но тут же откинулся назад. – Голова побаливает. Кружится. И какая-то слабость дикая. – Роман натянул одеяло до подбородка. – И ухо одно не слышит, – добавил он, осторожно поворачивая голову на бок.
– Ничего не помнишь? – За грязным стеклом изолированного инфекционного бокса стоял Сыч. Молодой, щуплый парень, с которым Куликов познакомился еще в учебке.
– Помню, что очнулся в БМО, когда сюда подъезжали.
– Тебя контузило. – Сыч нажал кнопку переговорного устройства, и из внешнего динамика, вмонтированного в изголовье больничной койки, раздался его голос. – Несильно, правда. Разрыв перепонки и сотрясение мозга. Короче, все нормально будет. Тебе повезло, что немного отстал, когда впереди идущий задел растяжку. Лейтенант тебя вытащил, быстро вколол шприц-тюбик и передал «факирам», чтобы те отнесли в БМО.
– А Грот?
– Двухсотый. Эпицентр пришелся как раз на него, а следом еще рванул ранцевый огнемет. Осколком, видимо, пробило. Если он и был жив после взрыва гранаты, то потом сгорел заживо. А ты в рубашке родился, Куль. – Сыч на секунду застыл, а потом начал судорожно осматривать углы помещения. Помимо блуждающего, дикого взгляда, отчетливо бросалось в глаза еще одно произошедшее с Сычом изменение.
– Я что-то не помню, чтобы ты был седым. – Роман присмотрелся внимательнее. Черные, густые волосы Сыча, заметно отросшие с момента последней стрижки, теперь приобрели серый оттенок, чередуясь с многочисленной проседью.
– Все сейчас седые. Из тех, кто добрался до базы живым.
– В смысле? – Куликов опять подскочил на кровати. – А что произошло? – Страх подмывал прямо спросить, жива ли Тамара, но Роман разумно сдержался.
– После зачистки лейтенант приказал двигаться дальше на северо-восток. Построил колонну, и мы выдвинулись. Ехали порядка тридцати километров по пересеченке, пока не вышли на дорогу, идущую перпендикулярным курсом. – Взгляд Сыча снова на мгновение остановился, после чего поседевший боец уставился в дальний угол комнаты. Его глаза расширились от ужаса.
Куликов повернул голову туда же. Пусто.
– Ты чего? – Роман с опаской посмотрел на Сыча.
– Не обращай внимания. Врач сказал, скоро пройдет. У меня еще нормально. Некоторым хуже.
– Да что случилось-то? Рассказывай!
– Я и рассказываю. Вышли мы к этой дороге, и тут начало твориться что-то непонятное. Лейтенант приказал всем остановиться и стал что-то слушать по внутренней связи. Ну, по крайней мере, казалось, будто он слушает что-то. Понял меня, да? Я сидел рядом с ним на броне и отчетливо слышал, что в эфире на самом деле никого нет. Никто не говорил с лейтенантом.
– Там же не один канал, – предположил Куликов. – Может…