Когда Саймон отвернулся к буфету, чтобы достать оттуда кружку, сахарницу и сливочник, она огляделась по сторонам. Кухня очень изменилась со времени ее последнего визита. Стены и окна были вымыты, а на лампочке появился абажур. На столике у дальней стены стояли тарелки, украшенные изящным рисунком. Стол был накрыт толстой синельной скатертью, неизвестно где раздобытой, но самое удивительное, что в центре стола возвышалась старая супница, наполненная цветами и травами из сада.
Но изменилось не только убранство комнаты. Сам хозяин тоже выглядел совершенно по-другому. Солнце позолотило его худые щеки, из-за чего его глаза казались еще ярче.
Приготовив кофе, Саймон поставил кружку на столик рядом со Сью и забрал у нее Джемайму. Расположившись в соседнем кресле, он удобно устроил девочку у себя на коленях.
— Я подержу ее, пока вы будете пить кофе и рассказывать мне о своем важном деле. Со мной она ведет себя спокойно, — сказал он.
Джемайма действительно сидела спокойно, доверчиво прижавшись к нему.
Сью сделала глоток кофе, не решаясь начать разговор. Ее одолевала поразительная робость. Раньше она не испытывала ничего подобного в присутствии Саймона, наверное, потому, что у нее не было повода сомневаться в его порядочности.
— Я уже понял, что ваше дело действительно очень важное, иначе бы вы не пришли сюда в такую погоду. Если бы я не поверил вам, то не стал бы впускать вас в дом, — проговорил Саймон, сразу разрушив то впечатление, которое он произвел на Сью, когда готовил кофе и нянчил Джемайму. — Полагаю, это не просто очередной предлог для вторжения.
Сью резко выпрямилась. Вся ее робость тут же исчезла.
— Нет, это не просто предлог. Я бы не пришла к вам, если бы не решила, что вы немедленно должны узнать о случившемся. Прошлой ночью во «Фронтонах» появился постоялец. Сегодня утром он показал мне вашу фотографию и спросил, не видела ли я вас где-нибудь поблизости.
Глаза Саймона сузились, и Сью заметила, что костяшки его пальцев побелели.
— Что вы ему сказали? — вымолвил он.
— Я сказала, что никогда вас не видела. Потом он спросил, есть ли неподалеку от Сипорта загородный дом, название которого начинается с буквы «Р». Я ответила, что ничего не знаю.
— Но отчего же вы солгали? — спросил Саймон таким тоном, что Сью подумала, будто он упрекает ее в этом.
— Я… ну, вы же сказали, что мечтаете, чтобы вас оставили в покое, и я не хотела выдавать ваше местопребывание. Я постаралась выяснить, зачем он разыскивает вас, но он и сам этого не знает. Все, что ему поручили, — это найти вас и доложить о результатах в свое сыскное агентство. — Она нагнулась к Саймону и прошептала: — Вы ведь не натворили ничего плохого, не так ли?
Мгновение Саймон в замешательстве смотрел на нее. Затем его тяжелые веки опустились, и он взглянул на головку Джемаймы, машинально накручивая на палец прядь ее шелковистых волос.
— Я совершил много дурных поступков в свое время, — уклончиво ответил он.
— Я имею в виду преступления, вроде убийства или похищения детей. — Она не смогла ясно выразить свою мысль, так как все это время Саймон не сводил с нее устрашающего взгляда из-под насупленных бровей. Ей подумалось, что если он на самом деле преступник, то, вероятно, он опасен и она сделала большую ошибку, придя к нему.
— Какое вам дело, совершил ли я какое-нибудь преступление? — спросил он.
— Ну… гм… да, мне не все равно, — нервно пробормотала Сью. — Видите ли, уже после того, как мой постоялец уехал, я подумала, что, солгав ему, я, возможно… — Продолжать она не решилась.
— Вы, возможно, не дали свершиться правосудию, — закончил за нее Саймон. — Тогда вы вздохнете с облегчением, узнав, что я никогда не нарушал закон.
— Слава богу! — сказала Сью с таким облегчением, что Саймон невольно усмехнулся. — Она отставила кружку в сторону и, снова наклонившись к нему, серьезно спросила: — Вы женаты?
Он так и застыл от возмущения, и усмешка исчезла с его лица.
— Если бы я знал, что вы собираетесь расследовать мою частную жизнь, я ни за что бы не впустил вас в дом, — надменно ответил он.
— Пожалуйста, поймите меня правильно, — умоляющим тоном продолжила Сью. — Я спросила только потому, что основное занятие этого сыщика — разыскивать пропавших мужей.
— И вы опасаетесь, что способствовали моему побегу из оков брака. Так?
Сью кивнула, и он добавил все с той же усмешкой:
— Тогда можете спать спокойно. До сих пор мне удавалось избегать подобных ловушек.
Сначала Сью решила поспорить с ним относительно его сардонического высказывания о браке как о ловушке, но потом передумала. В глубине ее подсознания по-прежнему звучал властный голос бабушки, призывающей ее не считаться с желанием Саймона остаться в одиночестве. И теперь, когда ей удалось еще раз проникнуть к нему в дом, она собиралась проявить настойчивость. Поэтому Сью задала следующий вопрос:
— Вы ведь не хотите, чтобы кто-нибудь узнал о том, что вы поселились в Ригхолме?
