— Нет, с какой стати? У него теперь свой собственный транспорт.
— О! — Она вдруг почувствовала, что ее расстроила эта новость. — А я и не знала.
— Если бы ты немного задержалась в тот день в Ригхолме, ты бы все узнала. Он спрашивал меня о том, кто лучший торговец машинами в нашем районе. В среду я взял его с собой в Карлайл, и мы отлично провели время, выбирая машины. В конце концов он купил отличную машину. Довольно простую, впрочем. Кстати, я давно хотел спросить тебя: что это на тебя нашло в тот день?
— Все дело в том, что его, как оказалось, больше интересуют отели, чем немощные дети, — холодно ответила Сью, и Ральф бросил на нее проницательный взгляд.
— Ну, прежде всего, мисс Всезнайка, вы ошибаетесь. Он очень заинтересовался твоим предложением и решил, что твой внезапный уход выглядел очень странно. Идея с отелем ему не подходит, так как это означает, что он не сможет здесь жить. Он считает, что если переоборудовать часть дома под санаторий, то он смог бы жить в другой части дома. В любом случае, думаю, ему есть что тебе сказать сегодня вечером.
Машина, о которой рассказывал Ральф, оказалась чрезвычайно дорогой моделью, но выглядела действительно очень скромно. Она была припаркована на заднем дворе фермы рядом с кремовым «моррисом» Говарда Джонса, и едва Сью увидела ее, как ее сердце екнуло, а ладони стали влажными. Она бы предпочла приехать до появления Саймона и успеть ввязаться в оживленную беседу или отправиться с тетей Эмили на кухню, чтобы можно было не обратить внимания на его появление. А теперь ей предстоит войти в гостиную и здороваться с ним под любопытными взглядами родственников.
Но когда Сью вошла в гостиную с Джемаймой на руках, то увидела, что Саймон увлечен разговором с бабушкой и даже не заметил ее появления. Закончив какую-то длинную тираду, бабушка обернулась, чтобы поздороваться с ними. Небрежно кивнув в ответ на приветствие Сью, Саймон тут же любезно заговорил с Ральфом. Сью недоумевала, зачем она надела новое платье и причесывала волосы так долго, что теперь они отливали медью. Он был в простом сером костюме, и только яркий галстук выдавал его пристрастия.
В последующие пятнадцать минут Сью успела заметить, что Саймон вполне непринужденно чувствует себя в семейной обстановке. Вскоре она поняла, что ее родные обращаются с ним как с обычным соседом, а он воспринимает их так, словно именно с такими людьми и общался всю свою жизнь. Постепенно ее гнев утих. В конце концов, она вовсе не стремилась к тому, чтобы Саймон выделял ее среди прочих, ведь такое поведение могло бы привлечь внимание ее родных.
Расслабившись, Сью откинулась на спинку стула и стала слушать, как Ральф говорит о ремонте дамбы. Видимо, Саймон ощутил на себе ее взгляд, поскольку он вдруг повернулся к ней и улыбнулся.
Сью показалось, что ее сердце так и подпрыгнуло вверх, словно рвалось прочь из тела. Но, вспомнив о своем решении держаться на расстоянии, она не стала улыбаться в ответ и, намеренно отвернувшись от Саймона, заговорила с Гретой.
За столом она с удовольствием обнаружила, что Саймона усадили рядом с бабушкой на почетное место, в то время как она уселась рядом с дверью, ведущей на кухню. Сью надеялась, что ей удастся избежать разговора с ним.
Чаепитие уже подходило к концу, когда Джон вдруг поднялся и объявил в своей обычной отрывистой манере:
— Пока мы все здесь, я тоже хочу кое-что сказать и положить конец всем этим догадкам, которые волнуют мою семью последние несколько недель. Сегодня утром по пути из церкви я попросил Джилл выйти за меня замуж, и она ответила, что согласна. Так что поженимся мы осенью, как только соберем урожай.
Заявление Джона было встречено гулом взволнованных голосов, которые не стихали до тех пор, пока не наступило время отвозить Джилл назад в Сипорт. Когда парочка уехала, все женщины тут же исчезли на кухне, чтобы вымыть тарелки и спокойно обсудить последние новости, а мужчины отправились осматривать ферму и развлекать детей.
Сью, необычно молчаливая, внесла свой вклад в мытье посуды и вышла из дома, чтобы проверить, следят ли за Джемаймой ее кузены. Убедившись, что малышка будет занята игрой по крайней мере еще полчаса, Сью проскользнула в сад и, немного пройдя вперед по тропинке, свернула на дорогу.
Эта дорога, по известным причинам названная местными жителями Дорогой Любовников, не относилась к тем дорогам, на которых принято спешить. Она бежала то вверх, то вниз по холмам, между высокими живыми изгородями, усыпанными цветами боярышника и увитыми плетистыми розами. Она была полна тайн и сюрпризов. Там слышались таинственные звуки, происхождение которых никто не мог понять. Для Сью это было магическое место, куда она часто убегала ребенком, а потом подростком. Здесь она всегда находила утешение, если была чем-то опечалена, и теперь она снова пришла сюда, чтобы обрести защиту от всех тревог.
