— Вы говорите таким тоном, словно вас это действительно волнует. Поначалу я думал, что часть дома останется в моем распоряжении. Но, кажется, это будет зависеть от успеха моего следующего фильма. Кстати, не все еще решено, так как местные власти немного сомневаются в моей репутации. Видите ли, когда я упомянул о том, что хотел бы активно помогать им в работе, они вдруг стали подозрительными и начали расспрашивать меня о моей профессии. Когда я сказал им, кто я такой, их сомнения возросли еще больше. Впрочем, один из них заметил, что если бы я был женат, у них бы не возникло никаких сомнений. Странно, отчего это брак так влияет на репутацию.
Хотя Саймон говорил спокойно, почти небрежно, Сью догадалась, что он оскорблен тем, как местные власти истолковали его намерения.
— А если ваш следующий фильм провалится, что вы будете делать тогда? — спросила она.
— Передам им дом и деньги, пускай распоряжаются всем этим как хотят, — угрюмо проговорил Саймон.
— И вернетесь в театр?
— Возможно, — уклончиво ответил он.
Они дошли до конца улицы. Перед ними расстилались дюны. Везти коляску по мягкому песку стало трудно, и Саймон потащил ее за собой. Солнце припекало, и маленькие голубые бабочки порхали над низкой грубой травой, растущей на песках. С берега, спрятанного за дюнами, доносился слабый плеск волн.
Вскоре они подошли к ложбине, со всех сторон окруженной песчаными грядами, заросшими травой. Саймон остановился, вытащил Джемайму из коляски и поставил ее на песок. Сью опустилась на колени рядом с племянницей и дала ей ведерко и лопатку, которые взяла с собой. Джемайма немедленно начала выстукивать по дну ведерка звонкую дробь, глядя на Саймона и заливаясь смехом. Он присел рядом с ней, забрал у нее лопатку и стал насыпать песок в ведерко. Джемайма изо всех сил старалась помогать ему, захватывая целые пригоршни песка и заталкивая их в ведерко.
Сью наблюдала за ними, прислушиваясь к разговору, которым Саймон забавлял Джемайму. Сейчас он не играл никакой роли. С этой маленькой девочкой, которую не надо было держать на расстоянии, он мог оставаться самим собой.
Это внезапное озарение согрело ей душу, и она поняла, что может увидеть нечто большее. Она могла представить Саймона с шестнадцатилетней Кейтлин Хьюджес. С Кейтлин он вел себя так же. Он сочувственно слушал, приводя в смущение подростковый ум, он давал советы и получал взамен безграничную преданность, даже не подозревая об этом. Она бы все это видела, если бы ей не твердили обратное, если бы Дерек не дал ей ту статью, если бы Пол Херст не был свидетелем его романа с Кейтлин, если бы Саймон не отмалчивался в ответ на ее попытки вызвать его на откровенный разговор.
Сью вздохнула. Для нее вдруг стало очень важным, услышать о Кейтлин от самого Саймона. Это было важно потому, что она уже никогда не сможет никому доверять, если не восстановит свое изначальное доверие к нему. А в этом ей может помочь только он сам.
— На днях в гараж заезжал мужчина по имени Пол Херст, чтобы заправиться, — сказала она. — Он узнал меня. Он видел нас вместе в ресторане в Уайтхэвене. Мне показалось, что вы его тоже заметили. Вы помните?
Он продолжал наполнять ведерко песком, словно не слыша ее. И Сью пришлось оценить по достоинству его самообладание. Наконец ведерко было наполнено, Саймон перевернул его, и получился прекрасный куличик, который Джемайма тут же разрушила.
— Да, я помню. Он все еще в «Роузхилле»?
— Нет. Он уехал в Манчестер и просил меня передать вам кое-что. Он сказал: «Охотница свободна и подкрадывается к своей жертве». Он был уверен, что вы все поймете.
— Охотница, — медленно повторил Саймон, начиная снова наполнять ведерко песком. Слабая улыбка тронула его губы. — Такая деликатность вполне в духе Пола! Значит, мне нужно ожидать гостью. Интересно, что она придумает на этот раз? — Он окинул Сью тревожным взглядом. — Пол долго разговаривал с вами?
— Он сказал, что когда-то вы соперничали в сердечных делах.
Саймон от души расхохотался вместе с Джемаймой.
— Едва ли нас можно было назвать соперниками, — заметил он, отсмеявшись. — Пол как-то жаловался на то, что ему не везет с одной женщиной, а я просто оказался рядом. Его даже не заботило то, что я совершенно к ней равнодушен.
— Да, он говорил, что ваше сердце не было затронуто, — произнесла Сью язвительным тоном, и Саймон внимательно посмотрел на нее.
— Не было никакого романа, — холодно возразил он. — Вы, кажется, охотно верите всем сплетням. Что еще он вам наговорил?
— Он сказал, что не понимает, почему вы разорвали сказочный контракт, перестали играть в спектакле, который имел огромный успех, и исчезли. Почему вы так поступили, Саймон?
Он перестал копать песок, растянулся на животе и, скрестив руки, положил на них голову.
— Я устал, — отрывисто пробормотал он и закрыл глаза.
«Снова спрятался в нору», — уныло подумала Сью, решив, что скрытность, пожалуй, самая отталкивающая его черта. Казалось, ему будет неприятно, если кто-то узнает и поймет его.
Сью сделала еще одну попытку.
— Это из-за того, что Кейтлин умерла?
