– Скажем так, они пока прикрыты. Кто хочет все равно добирается через соседние страны, хотя это и не приветствуется. Русские в последнее время переключились на Тунис, там не дороже Египта и меньше политики. Пока, по крайней мере.
– Ясно. А что вы скажете о русских мусульманах? Аль-Азхар…
– Эта тема довольно закрытая. Да, мусульмане прибывают учиться в Аль-Азхар, в том числе и русские мусульмане, но все равно больше выходцев в Кавказа. С той же Чечни, к примеру. У них там какой-то обмен есть, филиал открыли. Но все это закрытые темы, сэр. Туда очень трудно подобраться.
Ван Зант улыбнулся
– Придется открыть…
12-13 ноября 2020 года
.
Каир, посольство США
Надо сказать, что русские – или кто там это был – отреагировали на протянутую руку довольно быстро. Не успели они, как следует разместиться, как позвонили из посольства и сказали, что в посольство пришел странный молодой человек и сказал, что у него есть информация о русском исламском влиянии в Египте.
Похоже было на связника…
Две бронированные машины доставили их к посольству, было заметно, что посольство находится на усиленном режиме безопасности.
К счастью – начальник безопасности посольства как оказалось – начинал в Москве, простым морским пехотинцем на воротах – и Ван Занта помнил.
– Москва… – улыбался он, ведя Ван Занта по коридору, – вот времечко было, а? Как только уволюсь – сразу туда. Вспомню старое…
– Там многое изменилось.
– Эта старая шлюха никогда не изменится по-настоящему.
– И то верно, сержант.
– Вот сюда сэр.
Они зашли в комнату с односторонним стеклом. За ним – был молодой человек с короткой бородкой и без усов.
– Это он?
– Да, сэр.
– Его документы?
– Вот, сэр.
– Игорь… Левинский… черт, он же… еврей.
– Может, и так, сэр.
Дела пошли… Впрочем, Россия отличается от многих других стран тем что местные мусульмане не испытывают солидарности с палестинскими беженцами и потому не испытывают вражды к евреям. В Перми, например – был такой имам Антон Иванович Шпак. Его кстати потом русские привлекли за ваххабизм.
– Что он сказал?
– Что имеет информацию о работе русских по исламской общине. Что хочет говорить с кем-то из ЦРУ.
– Так и сказал – из ЦРУ
– Да сэр.
Дела…
– Его проверили?
– Да, сэр. Бомбы при нем нет.
– Что ему сказали
– Пока ничего. Просто посадили и вызвали вас.
– Хорошо…
Ван Зант вышел в коридор. Там стоял морпех с помповым ружьем и Пол Девероу
– Я бы хотел предупредить вас – сказал Девероу – здесь никому нельзя доверять.
– Спасибо, я знаю…
***
Ван Зант не первый раз имел дело с представителем «другой стороны». С русским.
Правда, до того он имел дело с другими русскими. Некоторые были КГБшниками. Некоторые военными. Некоторые относились к intellygencya – эти были самыми странными, но и контакты с ним часто бывали самыми продуктивными. Некоторые просто идиотами.
Он говорил с ними за жизнь. Убеждал что-то дать или сделать или перейти на сторону свободы. Как они говорили о перебежчиках – он выбрал свободу. Она выбрала свободу. Он изучал их. Он говорил о России, о ее прошлом, о жертвах. Он почти сразу понял, что то как русские выглядят, то что они говорят и то что они на самом деле думают и делают – большая разница. Многие в Америке думали – что Россия это такой милитаризованный лагерь, где все идут строем и ревут революционные марши – мало что было так далеко от действительности, как это. При Сталине этот режим был страшным, при Горбачеве откровенно глупым, бессмысленным, когда все по инерции делали вид, принимали детей в пионеры, ходили на партсобрания, в чем-то клялись – но при этом никто уже ни во что не верил, всем было плевать все обделывали свои делишки. При Ельцине режим стал глубоко растленным. Циничным до ужаса. Это видимо сохранилось и при Путине – он застал самые ранние его годы. Русские пытались как-то жить. Выжить. Большинству было плевать на государство. Одна из его лучших вербовок еще в молодости. Офицер КГБ перешел на их сторону, сдал всю сеть после того, как его начальство не выделило валюту купить лекарство для его больного ребенка. Был девяностый год, и в СССР валюты уже не было – точнее была, но вся на черном рынке. Упаковка лекарства стоила долларов пятьдесят, а офицер сдал сеть, на которую потратили десятки миллионов…
