Алекса он нашел на кухне. Тот включил чайник и с нечитаемым выражением смотрел на полку холодильника, видимо, не понимая, что бы хотел там обнаружить.
— А есть сосиски? Мне нравятся... — улыбнулся Лёшка.
— Сосиски? А! Есть, ты представляешь! — доставая упаковку, восхитился Алекс.
Под незатейливую болтовню о гастрономических вкусах, сосиски были сунуты в микроволновку, нарезан хлеб и сыр, чай разлит по кружкам. Парни пили чай, стараясь не думать о том, ЧТО может произойти между ними после того, как будет съедена последняя сосиска и выпит последний глоток чая. Алекс поставил опустевшую чашку на стол и всмотрелся в лицо сидевшего напротив парнишки.
— Ты же понимаешь, что если ТЫ не хочешь, то ничего сегодня не будет? — прошептал Алекс.
— А... А если хочу? — Лёха поднял свои глаза на спросившего.
Мужчина встал из-за стола и протянул ему руку. Мальчишка посмотрел на протянутую ладонь, перевел взгляд на лицо Алекса и, вставая, вложил свои пальцы.
Притянув парня к себе, Алекс наконец-то воплотил свою мечту — он прижался губами ко рту мальчишки, и когда тот приоткрыл рот, отвечая, сцепил руки у него на пояснице, чтоб не отпустить, не упустить, не потерять... Спину у Лёхи оккупировали толпы мурашек, а рукам вдруг стало жизненно необходимо притянуть желанное тело к себе, что тот с радостью и сделал.
Поцелуй пришлось разорвать из-за банальной нехватки воздуха в лёгких. Восстанавливая дыхание, Алекс уперся лбом в переносицу парня и, боясь открыть глаза, глубоко вздохнул и прошептал:
— Лёшиииик.
Мальчишка вздрогнул и только сильнее прижался к мужчине, вызвав у того уже вздох облегчения, пальцем провёл по щеке, чуть задевая огладил нижнюю губу и спустился на ключицу.
— Я не гей. По крайней мере, не был им... до сегодняшнего дня. Но, чёрт возьми, Лёш, я так хочу тебя, что аж больно. — Глаза открылись и всмотрелись в приподнятое к нему лицо парня.
— Страшно. — Закрыв глаза, Лёшка сглотнул, замерев в руках мужчины. — Я боюсь...
— Я тоже, Лёшик, боюсь. Боюсь оттолкнуть, обидеть, боюсь сделать тебе больно. — Руки Алекса подрагивали от нетерпения на бедрах Лёшки. — Я ведь с мужчинами... э... ну, не был никогда.
— Будешь смеяться, но я тоже. — Лёшка поднял блестящие глаза на лицо Алекса. — Я только читал... и смотрел в инете. Много читал... И смотрел тоже много. А вот практики-то и не получалось. — И по мере произнесения фраз голос всё слабел и слабел, так что, последние слова можно было услышать только очень близко склоняясь к губам парня, что Алекс и сделал. И они вновь целовались. Но как же этот поцелуй отличался от первого. Если вначале губы кусали и сминали, заставляя подчиниться, требуя безоговорочного ответа, то сейчас поцелуй был заполнен нежностью, он не требовал, а дарил ласку, предлагая расслабиться, ответить, отдаться. И Лёшик не устоял. Всем телом он качнулся навстречу ласке, прижался к вздрогнувшему мужчине и что-то неразборчиво простонал ему в рот.
Алекс обхватил парня руками и, не разрывая поцелуя, стал небольшими шажками продвигаться к кровати. При падении Алекс смог развернуться, и Лёшка оказался сверху мужчины. Он сам прервал поцелуй и стал крутиться в объятиях, прося его отпустить. Лёшка встал возле кровати, всмотрелся в лицо растерянно замершего Алекса и, закусив губу, стал стягивать с себя одежду, стараясь никуда, кроме дальней стены, не смотреть. Алекс задержал дыхание, наблюдая, как из-под одежды освобождалось стройное смуглое тело. Ни капельки, ни одной мыслью не почувствовал он отторжения или неприятия того факта, что перед ним был парень. Желание узлом пульсировало в паху, сердце как сумасшедшее билось, казалось, где-то в горле, а кончики пальцев немели от возбуждения. И только опасение испугать парнишку удерживало Алекса в неподвижности. Но глаза... Господи, эти глаза выжигали на теле мальчишки горячечные полосы, от этого взгляда кожа парня гудела и плавилась.
— А ты... разденься, — хрипато прошептал, смутившись Лёха, протянув руки к ширинке джинсов Алекса. Тот приподнял бедра, помогая спустить штаны, и нетерпеливым жестом вслед сдернул бельё. Мальчишка скользнул вдоль тела мужчины, укладываясь рядом. И они замерли, не в силах продолжить. Глаза в глаза, дыхание переплелось, пальцы замерли в миллиметрах от тела партнера. Но вот Алекс качнулся вперёд, чуть прикасаясь к бедру парня, и границы были смяты, тела рванулись навстречу друг другу. Лёшка сам не понял, как оказался лежащим на груди мужчины, целуя, лаская его, оглаживая всей ладонью твердую грудь и бока, ощущая на своей пояснице рвано двигающиеся руки Александра.
