Говоря об этом, мы можем привести в пример отличие двух известных персонажей в самой первой книге Писания. Рассмотрим веру и образ действия Авраама в сравнении с Иаковом. Среди людей Авраам поступает по вере. Иакова же необходимо было сдерживать: его душу нужно было постоянно направлять, чтобы он мог усвоить то, чего Аврааму не было нужды прививать подобным образом, потому что его мысли были заняты Богом и он понимал его слово; при этом не требовалось давать причиняющий ему боль и унижение, но вместе с тем полезный урок, чтобы он понял, кем не смог быть для Бога. По-видимому, это различие можно уподобить тому, что представляет собой жертвоприношение из двух козлов и очищение иудеев в сравнении с тем, что олицетворяет один единственный телец - великое дело Господа Иисуса Христа во всей его полноте во имя христиан и собрания. Конечно, слово “собрание” здесь используется лишь в обобщающем смысле; ибо оно полностью допускает, что все символы не способны открыть эту тайну. Отдельные символы, несомненно, связаны с этой тайной, но ни один из символов не раскрывает эту тайну полностью.
Пример с тельцом не объясняет, в чем отличие между осуждением греха в подтверждение божественной природы и отношением к греху дома священников. Все заключалось в одном нерушимом деле, о котором здесь говорится символически. Как сказано в Писании, был приведён телец в жертву за грех за Аарона и его дом. Затем были взяты два козла и поставлены перед лицом Бога. И был брошен жребий об обоих козлах: один жребий “для Господа”, а другой жребий для отпущения. Вслед за этим Аарон приводит тельца в жертву за грех и искупает свои грехи и очищает свой дом. Он вносит благовонное курение за завесу и кропит кровь тельца на крышку, которая над ковчегом откровения, семь раз кропит кровью на крышку спереди и перед крышкой. Таким образом, это дело искупления свершается чрезвычайно просто. Но по этой самой причине существует некая сила (значение) в том, что Бог изобразил (олицетворил) через смерть этого тельца и что вряд ли можно найти в более сложном символе - в образе двух козлов.
Кровь тельца вносилась в святое-святых, часть её Аарон покропил на крышку ковчега, часть - перед крышкой; затем закалывался первый козёл и кровь его также выносилась за завесу, чтобы очистить “святилище от нечистот сынов Израилевых и от преступлений их”. Фактически нам станет известно, когда мы подойдём к истинному искуплению, свершённому Господом Иисусом, что все сводилось к его единственной жертве. Особо подчёркивается то, что в скинии собрания не присутствовал ни один человек; все, что касалось греха, решалось между Богом и первосвященником. Затем сказано: “И выйдет он к жертвеннику, который пред лицем Господним, и очистит его, и возьмёт крови тельца и крови козла, и возложит на роги жертвенника со всех сторон, и покропит на него кровью с перста своего семь раз, и очистит его, и освятит его от нечистот сынов Израилевых. И совершив очищение святилища, скинии собрания и жертвенника, приведёт он живого козла, и возложит Аарон обе руки свои на голову живого козла, и исповедает над ним все беззакония сынов Израилевых и все преступления их и все грехи их, и возложит их на голову козла, и отошлёт с нарочным человеком в пустыню; и понесёт козёл на себе все беззакония их в землю непроходимую, и пустит он козла в пустыню”.
Ничего общего с этим не имел телец, принесённый в жертву за Аарона и в очищение его дома, олицетворявший искупление Христом небесного народа. Заметьте, в чем здесь разница. В этом случае все было решено перед лицом Бога. Здесь не требовалось ничего большего. Кровь тельца была внесена прямо в святилище, и все было совершено. Несомненно, чрезвычайно важное значение имел выход первосвященника, когда совершался обряд со вторым козлом, результат которого, я не стану отрицать, существенным образом обращён к нам; каждый из нас в этом мире является грешником; но в точном своём значении этот символ - относительно всего нашего положения - прямо не объясняет того, что сделано для семейства священников. Это легко можно видеть. Мы должны рассматривать искупительное дело Христа как оценённое самим Богом во святилище. Божественная оценка всего этого дела является основой нашего совершенного мира с Богом; и поэтому какое счастье полагаться на то, что Бог открыл нам в драгоценной крови Иисуса! - на то, что Иисус, можно сказать, сразу после принесения себя в жертву на кресте, предстал перед лицом Бога. Нельзя также отрицать, что ради особых и важных целей имела место сорокадневная отсрочка, во время которой Он являлся людям на земле. Это было необходимо, согласно мудрости Бога и в связи с важностью момента. Но благодаря свершённому делу Иисус восходит прямо к Богу и становится или даже садится перед лицом его, будучи сам Богом в своём собственном свете и собственной славе, которые позволяют нам в полной мере оценить все то, что Бог увидел в жертве Иисуса на кресте.
