Выдает стиль автора, словечко «прикосновенные», что промелькнуло однажды в ленинском декрете за месяц до покушения. Что значит — прикосновенные? Если жена спит в одной постели с мужем, участником заговора, прикосновенна она к белогвардейцам? По логике большевиков — да. К истинным заговорщикам, мятежникам, белогвардейцам прикасались, не зная об их антиправительственной деятельности, множество родственников, друзей, знакомых. Сотни из них поплатились за это жизнью.
…Видел я даму, что подписала эту депешу, Лидию Николаевну Фотиеву, похожую аристократической осанкой на пушкинскую «Пиковую даму», такую же старую и надменную. Она как консультант музея Ленина кратко отвечала на мои вопросы о ее службе в Кремле. Прожила почти век, и не мучили ее угрызения совести, что была «прикосновенна» к «красному террору», убийству многих аристократов, которых убивали только за то, что они родились князьями, графами, баронами, просто дворянами. Они попадали в застенки на законном основании и после другой знаменитой телеграммы, когда за подписью наркома внутренних дел поступил приказ о заложниках:
«…Из буржуазии и офицерства должны быть взяты значительные количества заложников. При малейших попытках сопротивления или малейшем движении в белогвардейской среде должен применяться безоговорочно массовый расстрел… Все означенные меры должны быть проведены незамедлительно».
…Жил я в гостинице Академии наук вблизи Зимнего дворца, на улице Халтурина, того самого, что взорвал царский дворец, убив многих невинных людей, «прикосновенных» к царю, хозяину дворца. Ходил по соседним улицам, также названным при советской власти именами цареубийц — Желябова и Перовской, казненных за покушение. Никого из знакомых, родственников не брали в заложники, не преследовали. Никто не репрессировал Владимира Ильича после покушения на царя, в котором участвовал его старший брат Александр.
Что не мог помыслить император, помазанник Божий, недолго думая, повелел глава временного правительства, который незадолго до ранения разогнал Учредительное собрание и узурпировал власть.
Видел я однажды на юбилее старого большевика, другую не менее известную даму, Елену Дмитриевну Стасову, тоже из дворян, внучку известного музыкального громкокипящего критика-демократа Стасова. И она служила секретарем в ленинские годы, но рангом повыше, чем Фотиева, секретарем ЦК партии.
В день покушения на Ленина и Урицкого Стасова, как пишет в мемуарах, была введена в состав президиума Петербургской ЧК, стала чекисткой. Раз в неделю сутки дежурила в Чрезвычайной комиссии как член президиума.
«Обязанности мои, в основном, заключались в проверке списков арестованных и освобождении тех, кто случайно попал в эти списки. Часто аресты были неправильными, так как арестовывали по случайным данным (за „прикосновенность“! —
А если бы не проводил эту генеральную линию в гвардейском полку, просто служил, как все офицеры, что бы тогда с ним было в петербургской ЧК в те самые дни, когда служила там Елена Дмитриевна? Поставили бы его к стенке в подвале, как пятьсот заложников, казненных за выстрелы в Урицкого и Ленина, как раз в дни дежурства Елены Дмитриевны?
Спустя полгода перевели ее из питерской ЧК в Москву, на работу в ЦК, в марте 1919 года. Об этой своей деятельности бывшая чекистка вспоминает столь же кратко:
«Не исключено было, что партии придется вновь уйти в подполье… На всякий случай нужно было позаботиться о паспортах для всех членов ЦК и для В.И. Ленина, в первую очередь, обеспечить партию и материальными средствами».
Какие же это паспорта? Наверное, иностранные. На имя, очевидно, отнюдь не Ульянова, поскольку на любой границе с таким паспортом его бы арестовали. Значит, фальшивые паспорта.
Какие же были материальные средства?
Снова процитирую бывшего секретаря нашей партии:
«С этой целью было отпечатано большое количество бумажных денег царских времен (так называемых „екатеринок“, то есть, сторублевок с портретом Екатерины II). Их упаковывали в специально изготовленные оцинкованные ящики и передали на хранение в Петроград Николаю Евгеньевичу Буренину. Он закопал их, насколько я знаю, под Питером, где-то в Лесном…» Как и паспорта, деньги, значит, поддельные. Фальшивомонетное производство по заданию партии. Это не все.
Еще цитата из уст Елены Дмитриевны:
«Тогда же на имя Н. Буренина (как купца по происхождении) был оформлен документ о том, что он является владельцем гостиницы „Метрополь“. Сделано это было с целью материального обеспечения партии».
