Так или иначе, месяц на Капри был, конечно же, полон бесед и споров – Горький стоил того, чтобы бороться за него. К тому же Ленин имел некие планы относительно привлечения Горького к работе в задуманной новой легальной большевистской газете "Звезда", первый номер которой вышел в Петербурге 16(29) декабря 1910 года.
Считавшаяся в первый период издания органом думской социал-демократической фракции, "Звезда" выходила вначале еженедельно, затем – 2 раза, а позднее и 3 раза в неделю, до 22 апреля (5 мая) 1912 года. То есть "Звезда" стала прямой предшественницей "Правды", первый номер которой вышел 5 мая (н. ст.) 1912 года.
Тираж "Звезды" составлял вначале 7-10 тысяч, а отдельные номера "вытягивали" и 50–60 тысяч экземпляров. В "Звезде" Ленин опубликовал около 50 статей за подписями: В. Ильин; В.Ф.; Вильям Фрей; Ф. Л-ко; К.Т.; Б.К. (скорее всего, от "бек", "большевик"); М.Ш. (не исключаю, что от иронического "меньшевик"); П.П.; Р. Силин; Р.С.; Б.Г.; Не-либеральный скептик; К.Ф.; Ф.Ф.; М.М.[527]
Псевдоним "Н. Ленин" не был использован тогда ни разу – издание-то было легальным, и "нелегальный" псевдоним был в нём ни к чему.
В номерах "Звезды" появились семь "Сказок" Горького из серии "Сказки об Италии"… В феврале 1912 года Ленин писал ему:
"
Но это было много позже. Летом же 1910 года Ленин, вернувшись с Капри, вместе с Крупской и её матерью уезжает в приморский городок Порник на берегу Бискайского залива, где они поселяются в доме таможенного сторожа. 27 июля 1910 года Ленин пишет младшей сестре:
"
В Порнике Ленин уже не только отдыхал, но и работал, вёл партийную переписку и готовился к VIII конгрессу II Интернационала, который должен был пройти в Копенгагене в августе 1910 года. Там предполагалось много встреч, дискуссий и речей…
Ещё из Порника Ленин написал в Стокгольм Михаилу Кобецкому письмо с просьбой нанять ему в Копенгагене комнату – "простую, дешёвую, маленькую" и прибавлял: "
Последняя фраза объясняется тем, что большевик М. В. Кобецкий (1881–1937), который стал эмигрантом с 1908 года и осел в Дании, занимался транспортировкой газет "Пролетарий" и "Социал-Демократ" в Россию, и пересылкой Ленину корреспонденции из России.
Готовился Владимир Ильич и ещё к одной встрече – уже в Стокгольме, но о ней – отдельно…
Конгресс в Копенгагене был вторым – после Штутгартского конгресса, крупным международным форумом, в работе которого Ленин принимал участие. Рассматривался в основном вопрос о кооперативах, и в русской секции, где обсуждался ленинский проект резолюции, произошёл показательный казус…
В ходе дебатов меньшевики обвинили Ленина в том, что он-де "губит партию". Один из большевиков удивился – как же один человек может погубить партию, и Фёдор Дан – личность в российской социал-демократии, исключительно склочная и непривлекательная, невольно дал Ленину такую оценку, которая выражала самую суть Ленина:
"Да потому что нет больше такого человека, который все 24 часа в сутки был бы занят революцией, у которого не было бы других мыслей, кроме мысли о революции, и который даже во сне видит только революцию. Подите-ка, справьтесь с таким"[531].
Слова у Фёдора Дана с языка сорвались неожиданно верные, однако менее всего из них можно было представить Ленина неким революционным "паровым катком"… Недаром много позднее была брошена в жизнь формула: "Самый человечный человек"…
И как раз в те дни, когда Фёдор Дан дал
