Обзор был составлен анонимным, но хорошо знающим проблемы социал-демократии, автором, то есть, наверняка, ренегатом. Так что злобная ирония по поводу оказавшегося якобы не жизненным «социалистического учения» вполне объяснима – любому ренегату хочется оправдать себя тем, что «виноград-то зелен», а идеи, которые он предал, это-де, «нежизнеспособные химеры»…
Это мы проходили и в 1991 году, и позднее…
С позиций сегодняшнего дня можно уверенно говорить, что II Интернационал при объявлении войны не стал противодействующей силой не потому, что составляющее его основу социалистическое учение было неверным и нежизненным, а потому, что вожди не исполнили своего долга и не призвали массы
В германском рейхстаге было более ста социалистических депутатов, и
Лишь в русской Государственной думе против военных кредитов голосовали все социал-демократы, включая даже фракцию Чхеидзе, и даже «трудовики», но решительно против войны и за поражение царизма выступила только пятёрка большевистских депутатов, за что потом и пошла на каторгу.
Европейские «рабочие вожди» предали народы Европы в августе 1914 года точно так же, как «вожди» Советского Союза предали народы Советского Союза в августе 1991 года. Развал объективно более чем жизнеспособного Союза ССР и предательство советской элиты готовились не одно десятилетие извне и изнутри. Точно так же не одно десятилетие изнутри и извне разваливалось и перерождалось руководство II Интернационала…
Вряд ли ситуация была бы принципиально иной, однако, не исключено, что она могла бы как-то и обостриться, если бы к началу Первой мировой войны в подмогу Ленину были ещё живы боевые вожди германской социал-демократии, её патриархи Пауль Зингер (1844–1911) и Август Бебель (1840–1913), видный английский социалистический лидер Гарри Квелч (1858–1913)… Увы, первый умер за три, а другие два – за год до войны. Буквально накануне войны был убит шовинистом и очень популярный среди французов социалист Жан Жорес (1859–1914). Все они наверняка резко выступили бы против войны. Жорес, собственно, и был убит за протест против неё.
Но вышло так, как вышло…
Предательство руководства всегда влечёт за собой трагедию, ибо, как верно сказано, лучше стадо баранов во главе со львом, чем стая львов во главе с бараном… «Вожди» же II Интернационала
Не знаю, когда и как тот или иной «вождь» конкретно стал ренегатом и из марксиста превратился в «агента влияния» Капитала в рабочем движении, да и не очень-то это интересно. Однако предали все они за те или иные «тридцать сребреников». Во время войны и после войны многие «вожди» в тот или иной момент входили в буржуазные правительства, и почти все призывали кару на Советскую Россию Ленина, а Эдуард Бернштейн способствовал распространению басен о получении Лениным «субсидий из германского Генштаба».
Вот уж, что называется, с больной головы, да на здоровую… Ведь честность, здравость и последовательность мысли в том идейно-эмоциональном кавардаке, который воцарился в умах, сохранил с началом войны только Ленин!
Обратимся опять к охранному обзору – так оно будет надёжнее:
«Если прежде вожди – ветераны российской социал-демократии, Плеханов и Ленин, находились между собой в блоке, составляя центр в партии, хотя и принадлежали первый к меньшевикам-партийцам, а второй к большевикам, то с открытием военных действий по взглядам своим на отношение русской социал-демократии к войне они сделались настоящими антиподами, причём рассуждения по сему предмету „неудержимого революционера“ Ленина Плеханов называет „грёзо-фарсом“, а руководимая Лениным газета „Социал-Демократ“ называет в свою очередь соображения Плеханова по тому же вопросу „софизмами“ и „смешными нелепостями“.
Вместе с тем у Плеханова по вопросу об отношении партии к войне произошло идейное сближение с представителем „вперёдовцев“ Алексинским, которого по этому поводу в партийной литературе называют даже „ретивым пажем“ Плеханова.
С открытием военных действий в 1914 году группа членов ленинской партии, преодолевая громадные трудности восстановления организационных связей, прерванный войной, выработала в сентябре 1914 года „тезисы“ о войне…»[656]
Под «тезисами» охранный автор имел в виду тот предварительный документ, который известен именно под наименованием «Тезисы о войне» и был написан Лениным в начале сентября 1914 года. По приезде в Берн он прочёл его на собрании местной группы большевиков.
